– Да, это я вас повезу, – голосом резиновой игрушки сообщила Блондинка, – я – Виолетта.
Мы икнули в унисон.
– Осторожно, не сядьте на масика!
На сидении лежал плюшевый заяц. Синего цвета.
– Вы уверены, – шепнул Капышинский, – что она настоящая?..
– Надо ее потрогать.
– Иголочкой потыкать! – радостно заржала Васька.
Тимур, как выяснилось, встретил Виолетту в ночном клубе. Там она искала свое истинное «я». Тимур сообщил, что президент Путин лично поручил ему найти в Северске заблудшие души, пока он, Путин, слишком занят вступлением в ВТО и другими проблемами. Виолетта ответила, что, в общем-то, Путин ей нравится – у него сексуальные уши. Тимур обещал устроить ее на веселую работу – и вот в результате она весь августовский день проторчала в пыли, не сделала маску для ногтей, пропустила «Сашу и Машу», а сам Тимур так и не объяснил, в чем будет состоять ее новая работа.
– Не может быть, чтоб настоящая, – резюмировала я.
Город Виолетта знала плохо, водила еще хуже, к дому мы прибыли сквозь тернии, но дом заново впечатлил всех.
В комнате, которую Васька припасла для меня, все сияло крахмальным светом, как в раю: недвусмысленных размеров кровать, необъятное зеркало и золоченый иконостас в углу. Солидный Господь для солидных господ. (Привет В. О. Пелевину!)
– Ох, Вась, а чего тут так много Боженьки? Мне перед ним даже переодеваться неудобно.
– Привыкай. Тут в каждой комнате так духоподъемно. И даже в бильярдной. Хозяин, как ты понимаешь, грешил без меры. Еще скажи спасибо, что иконы, а не лица невинно убиенных и ограбленных. И мальчики кровавые в глазах... Бог с ними, Дашка, побежали лучше смотреть камин с инкрустацией!
– В виде лика Божьего? – мрачно ухмыльнулась я.
– Не богохульствуй.
Камин тихо сиял – судя по всему, в доме было кому разжечь камин, позаботиться о туалетной бумаге и даже выстирать носочки усталым политтехнологам. Он был великолепен, как Лувр, как Шанхай, как лосось-гриль под мятным соусом. Мы зарылись пузиками в ковер и смотрели на огонь. Васькина кожа казалась темно-персиковой от огня, а глаза были цвета вишневого варенья.
– Ты думаешь о том же, о чем и я?
– О чем? – вяло уточнила Василиса.
– В каких словах обрисовать электорату радужные дали. Как дать им понять, что Петров любит их безмерно и придет, как добрый царь-батюшка.
– Ага... только я совершенно об этом не думала. Я думала – интересно, сколько лет Перцелю?
– Тридцать семь? Тридцать четыре? Тридцать пять?
– Баба ягодка опять...
– Он заказчик.
– Но ведь не кандидат.
– Еще не хватало – соблазнить будущего президента России!
– А что, – мечтательно потянулась Вася, – это было бы... роскошно.
У нас есть один-единственный нравственный принцип – не заводить романов с заказчиками и кандидатами. Юной женщине немыслимо сложно иметь достойную репутацию в политическом закулисье, а о какой репутации можно говорить, если за тобой тянется амурный шлейф?
Страшно сказать, когда я была почти ребенком и организовывала встречи с народом для своего первого в жизни кандидата в Облдуму, меня несколько раз настойчиво просили надеть юбку подлиннее. По мере того, как обретались длинные юбки, опыт и репутация, наш с Васькой нравственный принцип стал накрепко въевшимся атавизмом – вроде детской привычки не наступать на собачьи какашки и трещины в асфальте.
– Какой еще роскоши тебе не хватает, Василиса Прекрасная? – хитро вполз в каминный зал Гарик. – Чего еще, после того, как мы привезли тебя в этот роскошный дом, где ты окружена нами?!
– Вот именно. Если бы вас не было вокруг, меня бы еще могли принять за приличную девушку. А так никто не ошибется...
Потом мы утащили коллекционное «Шато Лафит Ротшильд» из хозяйского бара и распили всей толпой на кухне, из чайных чашек. Традиционно обсудили эволюцию российского политического режима и сравнительные достоинства телефонов Nokia и Sony Ericsson – причем Тимур с Капышинским снова чуть не подрались.
– Друзья мои, а теперь внимание-внимание! – томно изрек Митя. – Судя по исследованиям, у нас тут проблемы с психоэмоциональным фоном. Говно жизнь у электората, одним словом. И чего-то грустит наш электорат... Так что параллельно с агитацией запускаем поддерживающий проект. Кодовое название «Я люблю жизнь». Что-нибудь вроде «Болен СПИДом с бодрым видом!» Праздники! Фейерверки! Конкурсы! Модельеры и телезвезды! Мы за групповой секс! Пиво и шашлыки каждому сибиряку и северцу!
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу