Эльфрида Елинек - Пианистка

Пусть он не вздумает кончить именно сейчас! Клеммер постепенно начинает получать удовольствие и от самой ситуации, и от чувства, возникающего в его теле. Не имея возможности действовать, он произносит слова любви, пока она снова не заставляет его замолчать. Учительница и последний раз предостерегает ученика от каких-либо словоизлияний, все равно, говорит он по делу или нет. Неужели он ее не понял? Клеммер стонет, потому что она нещадно по всей длине обрабатывает его прекрасный любовный инструмент. Она нарочно делает ему больно. В самой верхней части раскрывается отверстие. Оно ведет внутрь Клеммера, и к нему подведены различные трубочки. Отверстие открывается и закрывается в ожидании момента извержения. Вероятно, этот момент настал, потому что Клеммер издает обычный предупредительный крик, что он не может больше сдерживаться. Он уверяет, что старался вовсю, но никакие усилия не помогают. Эрика обхватывает член вокруг венчика зубами, и хотя от этой увенчивающей Клеммера короны не отламывается ни одного зубчика, владелец ее дико вскрикивает. Его призывают к спокойствию. Он громким театральным шепотом объявляет, что он вот! сейчас! кончит! Эрика выпускает прибор изо рта и сообщает его обладателю, что на будущее станет записывать все, что позволит ему с собой делать. Я буду записывать свои желания, и вы в любой момент сможете с ними ознакомиться. Вот человек в его противоречье. Словно открытая книга. Он должен заранее этому радоваться!

Клеммер не совсем понимает, что она имеет в виду, он кричит, чтобы она ни в коем случае не останавливалась, потому что он сейчас взорвется, словно вулкан. Он требовательно тянется к ней своим маленьким пулеметом, чтобы она надавила на спусковой крючок. Эрика отвечает, что ни за что больше к нему не притронется. Клеммер складывается пополам, почти касаясь грудью коленей. В этом согбенном положении он делает несколько шагов по помещению. Беспощадный свет лампы — белого шара — падает на него. Он просит Эрику, она не уступает. Он сам берет себя в руки, чтобы завершить то, что она начала. Он рассказывает своей учительнице, почему с точки зрения здоровья непозволительно столь безответственно обращаться с мужчиной, находящимся в подобном состоянии. Эрика отвечает: «Уберите руки, господин Клеммер. Иначе вам никогда не видеть меня в такой ситуации». Он расписывает ей, какие возникают боли, если воздержаться. Он вряд ли доберется пешком домой. «Возьмите такси», — спокойно советует Эрика и споласкивает руки под краном. Она делает несколько глотков. Клеммер тайком от нее пытается сыграть на себе гаммы, которых не встретишь ни в одной нотной тетради. Резкий оклик останавливает его. Он просто должен стоять перед учительницей, пока она не разрешит ему сделать что-нибудь другое. Она хочет наблюдать за изменениями его тела. Она больше не прикоснется к нему, он может быть в этом уверен. Господин Клеммер дрожащим и робким голосом умоляет ее. Он страдает, потому что их отношения так резко оборвались, пусть эта связь и не была двусторонней. Он сообщает Эрике о своих глубоких переживаниях. Он подробно расписывает каждую отдельную фазу его страданий от пяток до макушки. Его член при этом уменьшается в размерах, словно в замедленном кино. Клеммер по своей натуре не из тех, кто с молоком матери впитал в себя повиновение. Он из таких, кто постоянно доискивается причин. Он обращается к учительнице с поношениями. Он совершенно вышел из себя, поскольку уязвлено его мужское достоинство. После того как мужчина закончит заниматься игрой или спортом, его нужно толком сполоснуть и прибрать в футляр. Эрика огрызается. Она говорит ему: «Заткните пасть!» Она говорит это таким тоном, что ему действительно приходится заткнуться.

Он стоит несколько поодаль, чувствуя расслабление. После короткой передышки (которую мы себе позволили) Клеммер хочет вновь поведать ей, как нельзя обращаться с таким мужчиной, как он. Сегодняшнее поведение Эрики связано с длинной чередой запретов и табу. Он намерен огласить причины. Она требует тишины. Это ее последнее предупреждение. Клеммер не умолкает, а обещает ей возмездие. Эрика К. направляется к двери и беззвучно прощается. Он не послушался ее, хотя она несколько давала ему шанс. Теперь он никогда не узнает, что он может с ней сделать, какой приговор доведется ему привести в исполнение, если она позволит. Она нажимает на ручку двери, Клеммер умоляет, чтобы она осталась.

Теперь он клянется, что будет молчать. Эрика широко распахивает дверь в туалет. Клеммер стоит перед открытой дверью словно в раме, картина малоприглядная. Любой, кто сейчас войдет, совершенно неожиданно для себя увидит его обнаженный член. Эрика оставляет дверь открытой, чтобы помучить Клеммера. Впрочем, и ее никто не должен видеть. Она намерена смело довести дело до конца. Дверь в туалет находится прямо у лестничной площадки.