Николя Барро - Улыбка женщины

— Прошу прощения, но на сегодняшний день ничего подобного на примете у меня нет, — ответил Адам и тут же как бы вскользь добавил: — Но мне нравится идея. Мои поздравления! Собственно говоря, почему ты сам ничего не пишешь? Я легко продал бы твою рукопись тому же «Опаль».

Именно тогда все и закрутилось.

Поначалу я только рассмеялся:

— Что ты, никогда! Я не умею этого делать. Я редактирую романы, а не пишу их.

— Чушь! — оборвал меня Адам. — Ты работал со столькими авторами и знаешь, как все бывает. У тебя есть оригинальные идеи и чувство композиции. Никто не шлет мне на имейл таких веселых писем, как ты. Стефана Кларка ты переплюнешь в два счета!

Спустя три часа и после нескольких бокалов мохито я чувствовал себя почти Хемингуэем.

— Но я не могу подписать эту рукопись своим именем, — возразил я. — Ведь я работаю в этом издательстве.

— Это вовсе не обязательно, чудак, — ответил мне Адам. — Кто теперь пишет под своим настоящим именем? Эта практика устарела. Я сам представляю авторов, которые имеют два или даже три псевдонима и публикуются под ними в разных издательствах. Джона Ле Карре на самом деле зовут Дэвид Корнуэл. И тебе мы придумаем прекрасный псевдоним. Как насчет Эндрю Баллантайна?

— Эндрю Баллантайн? — скривился я. — «Баллантайн» — название действующего издательства. А Эндрю? Меня зовут Андре, и если я куплю этот роман…

— О'кей, о'кей… подожди, а что, если… Роберт Миллер? Ну, что скажешь? Звучит совершенно естественно.

— А что, если наша затея провалится?

— Она не провалится, — успокаивал меня Адам. — Ты напишешь небольшую книгу, а я предложу ее либо твоему издательству, либо непосредственно тебе. Все контракты заключаются через меня. Вы заработаете приличные деньги, а это всегда кстати. Ты получишь свою долю, а старик Монсиньяк — роман а-ля Стефан Кларк. В конце концов все останутся довольны. А конец — делу венец.

Адам чокнулся со мной бокалом мохито.

— За Роберта Миллера и его новый роман! Или ты все еще не веришь? Кто не рискует, тот не пьет шампанское. Соглашайся, будет весело! — Он смеялся как мальчишка.

Тогда я смотрел на Адама, и мне казалось, что все просто. А когда подумал о своей тоскливой жизни и неоплаченных счетах, перспектива получения хороших денег стала еще заманчивее. При всех достоинствах нашей профессии, жалованье у редактора, даже ведущего, как в моем случае, скромное. Многие мои коллеги в свободное время подрабатывают переводами или издают какие-то рождественские сборники, чтобы поправить свое финансовое положение. Книжная индустрия — не автомобильный бизнес.

Зато здесь встречаются интересные люди.

Именно об этом я думаю каждый раз, поднимаясь на эскалаторе в павильоне какой-нибудь книжной ярмарки, когда мне навстречу течет непрерывный поток спорящих, смеющихся и о чем-то размышляющих коллег. Все помещение гудит, словно улей, а стены его буквально вибрируют от миллионов гениальных мыслей и потрясающих идей. Все это составляет единую семью, интеллигентную и веселую, тщеславную и находчивую, экзальтированную, чуткую и говорливую. И для меня большая честь принадлежать к ней.

Конечно, наряду с сильными и интересными личностями, внушающими восхищение или ненависть, в издательском мире попадаются и плоские типы, наподобие менеджеров, которые утверждают, что им все равно чем торговать, книгами или колой, в конце концов, все дело в профессиональном маркетинге, ну и немного в содержании, которое они по-английски называют content. Но даже эти парни подвержены влиянию продукции, с которой имеют дело изо дня в день, и они в конце концов начинают видеть разницу между книгой и банкой колы.

Нигде больше не встретишь такого количества умных, ловких, коварных и харизматичных людей. Каждый из них все про всех знает, и после сакраментальной фразы: «Слышали последнюю сплетню?» — любая тайна книжной отрасли — секрет Полишинеля.

Слышали последнюю сплетню? Марианна Дофин связалась с директором по маркетингу издательства «Гарамон» и беременна от него. Издательство «Борани» разорилось, и его уже в этом году собирается купить парфюмерный концерн.

Слышали последнюю сплетню? Редакторы издательства «Опаль» теперь сами пишут книги, и этот Роберт Миллер на самом деле француз. Ха-ха-ха!

Все вокруг меня закружилось. Тогда в баре «Джимми» было, ко всему прочему, сильно накурено, к трем часам утра в этом заведении дышать было нечем от алкоголя и табачного дыма.