Ирина Волчок - Главный приз

— Юлия, — сказал он с отчаянием. — Юлия Июль. Тогда почему все так вышло?

— Все равно ничего бы не вышло, — опять помолчав, сказала она. — Слишком у нас жизни разные.

— Разве у меня жизнь не настоящая? — сказал он, а потом только вспомнил, что она не слышала этих слов Гиви и вряд ли поймет, что он имеет в виду.

— У тебя жизнь настоящая, — ответила она. — Но твоя жизнь — другая. Ничего, все пройдет. Я, наверное, зря позвонила… Прощай, Витя, мне пора. Сашка уже руками машет.

— Юлия! — закричал он, а потом замолчал и долго сидел молча, слушая короткие гудки в трубке. Все, теперь точно конец. Ничего, все пройдет. Одно странно: жаль, если так.

— Еще чего расскажи. — Мама Нина устраивалась поудобней на кухонном диванчике напротив Юлии, складывала руки на животе и улыбалась в предвкушении.

— Да я тебе уже все рассказала, — слабо протестовала Юлия. — Я тебе уже столько всего наговорила — на бразильский телесериал хватит…

— Про Сергея расскажи. И не бегом. Повдумчивей… Я его сколько лет уже не видала? Восемь. Не шутка. Рассказывай давай.

— И про дядю Сережу я тебе все рассказала. Все у него нормально, плавает, здоров, красив, бодр и весел. Ты же его письмо читала, сама все знаешь. И кассету видела… Он там хорошо получился, правда? Алан специально подкарауливал, чтобы при полном параде его снять.

— Про Алана тоже еще расскажи. — Мама Нина подставила чашку, чтобы Юлия налила ей чаю. Третий раз. Надо полагать, мама Нина планирует долгую беседу.

— Алан замечательный. — Юлия вздохнула, сдаваясь на милость победителя. — Спокойный. Добрый. Смешной-смешной… Как он с Катькой общается — это видеть надо.

— Про Катьку тоже расскажи. — У победителя, похоже, не было никакой милости. — Чего она дерганая такая? Вот это я как-то не очень понимаю…

— Да она не то чтобы дерганая. — Юлия уже увлеклась рассказом, уже окунулась в воспоминания о недавнем путешествии и с удовольствием представляла, что сейчас может делать Катерина. — Она даже не нервная. Просто в себе ничего не держит. Не умеет. А может быть — не хочет. Но всерьез никогда не злится и относится ко всем хорошо. И вообще, она тоже хорошая, только шумная очень…

— И брат у нее такой же? — с невинным видом спросила мама Нина.

— Нет, — помолчав, сухо ответила Юлия. — Брат у нее совершенно другой. Я тебе уже сто раз обо всем рассказывала.

— Ничего ты мне толком не рассказывала, — заявила мама Нина. — А почему? Это даже подозрительно. Все у тебя, получается, хорошие, все добрые, все умные, все смешные, а как этого улыбчивого касается — так сразу как воды в рот… А на кассете он все время при тебе. Ни на шаг не отходит. И глазами прямо ест. И Сергей пишет, что этот улыбчивый с самого начала к тебе сильный интерес имел, прямо сох по тебе, это все заметили. Сергей пишет: если бы ты только кивнула — дело тут же до свадьбы и дошло бы.

— Глупости все это, — рассердилась Юлия. — Ни до какой свадьбы дело не дошло бы. Отстань от меня.

— Не отстану, пока не расскажешь. — Мама Нина опять подставила свою чашку, чтобы Юлия опять налила ей чаю. — Рассказывай добром, все равно ведь дознаюсь. Сергей пишет, все думают, этот улыбчивый тебе предложение сделал, а ты отказала. Уж очень он последние дни убитый был.

— Предложение! — Юлия презрительно хмыкнула и неожиданно для себя выпалила: — Как же, делают такие, как он, предложения… Разве только неприличные…

— Чего-чего-чего? — оживилась мама Нина. — Он тебе неприличное предложение сделал? Как интересно… А ты Сергею сказала?

— Мама Нина! Ну при чем тут дядя Сережа? Я все-таки уже не маленькая, чтобы бегать жаловаться… Да и жаловаться не на что. Ты не подумай чего… Виктор предложил мне работу в Лондоне. Как у него, по договору. На год или на два. Вот и все.

— Вот и все, — задумчиво протянула мама Нина, невидяще уставясь в пространство. — Вот вам и все… А ведь богатое предложение, да?

— Ладно, некогда мне тут из пустого в порожнее. — Юлия поднялась, раздраженная не так воспоминаниями, как странной реакцией мамы Нины. — Я в интернат на часок сбегаю. Не трогай посуду, приду — сама разберусь, хорошо?

— Хорошо, — так же задумчиво отозвалась мама Нина. — Чего ж плохого, очень все хорошо… Ты к Цыпленку побежала небось?

Юлия задержалась в дверях, оглянулась с улыбкой и вдруг выпалила:

— А знаешь, мама Нина, Виктор тоже Машу-младшую цыпленком назвал. Прямо сразу, как фотокарточку посмотрел, так и спросил: «А этот цыпленок кто — мальчик или девочка?»