Валентин Черных - Ночные сестры. Сборник

— Вы ни на чем не можете настаивать… — начал было Вячеслав Германович. Но Кирилл перебил его:

— Настаивать не могу, но могу воздействовать. Вам оно надо, если в Москве чиновнику из Псковской области, да хотя бы вице-губернатору Кислюку, кто-нибудь скажет: ну и монстр же у вас в санатории «Удельное» главный врач. Пьет!

— Я не пью. — Вячеслав Германович растерянно оглянулся по сторонам, словно ища свидетеля, который мог бы подтвердить его слова.

— Да кто в это поверит, что главный врач санатория не пьет и не спит с медсестрами? Тогда это полный урод. А вы не полный!

— Понял. — Вячеслав Германович начал медленно оседать в кресле. — Я не полный, но тем не менее на мое место главного врача вы планируете Ларису Петровну?

— Нет! — Кирилл подбадривающе улыбнулся главврачу. Видно было, что вся эта мизансцена доставляет ему удовольствие. — Нет! Уже планируется другой вариант. Лариса Петровна должна стать вашим заместителем. Нынешний ваш заместитель, простите, имени-отчества не упомнил, уже достигла ста двадцати килограммов веса. Когда вы рядом, вы можете представить, что о вас думают?

— Что? — поинтересовался Вячеслав Германович, не ждущий от Кирилла абсолютно ничего хорошего.

— Ну и отъелись же врачи на санаторских харчах. Но даже не это главное. Вы же посылаете эту даму решать санаторские проблемы в район и даже в область. А кому интересно смотреть на толстую потную женщину? Ей хочется сразу отказать, чтобы только ее не видеть. А Лариса Петровна молода, красива, умна. На нее просто хочется смотреть. Смотреть и делать приятное. Таким образом любой вопрос будет решен.

— Но мой зам заслуженный врач Российской Федерации, — неуверенно проговорил Вячеслав Германович.

— Заслужила — уступи место молодым, уйди на заслуженную пенсию. А молодые, полные сил пусть работают на руководящих работников, как вы. Когда я достигну вашего возраста, на меня будут работать только молодые. — Кирилл шумно отодвинулся вместе со стулом от стола, давая понять, что беседа ему явно наскучила. — Итак, что мне передать вице-губернатору Кислюку, если я его увижу в ближайшее время?

— Передайте, что в «Удельном» порядок. А вы и ваши знакомые всегда можете рассчитывать на отдых в нашем санатории и даже на разрешенную законом скидку на путевку.

— А сейчас скидку мне можно сделать?

Вячеслав Германович почувствовал подвох, но отступать было некуда.

— Я распоряжусь.

— Эту скидку, как я понимаю, будет оформлять бухгалтер. Я могу сказать ей, что вопрос о повышении ей зарплаты уже решен?

— Я сообщу ей сам…

— Вот и славненько. А насчет матушки моей вам разведка ваша устаревшие сведения представила. Плохо у вас, Грачевых, дело поставлено с оперативными данными. — Вячеслав Германович нервно дернулся, решив, что у этой столичной штучки не только «сцепленные признаки» не прошли, но и зрительные галлюцинации развились. По крайней мере, двоилось в глазах у Шнека точно. — Матушка моя давно со мной в Москве живет. — Кирилл с сочувствием посмотрел на Вячеслава Германовича. — А сюда, в родные пенаты, я иногда в выходные наезжаю. Подышать, так сказать, дымом отечества после столичной суеты. — Кирилл встал, потянулся. — Кстати, у меня еще пара дел имеется за стенами вашего богоугодного заведения. А пока пойду в вашем пруду искупаюсь. Долго ли еще осталось наслаждаться здешними красотами?

Солнце стояло в самом зените, и вода в пруду сверкала тысячами солнечных зайчиков. И глянцевая листва тополей тоже сверкала на солнце. Чудный выдался денек. Жаль, что последний. День был, с одной стороны, последний. Но с другой — он был еще почти весь впереди. И предстояло Кириллу в этот день кое-что еще совершить на благо местной общественности. Да и со своими кое-какими делами разобраться. Как там в песне пелось: «Вставайте, граф! Рассвет уже полощется, из-за озерной вынырнув воды…» Кирилл скинул спортивный костюм и с разбегу бросился в пруд. Тысячи сверкающих брызг поднялись вверх. А дальше как там было? «И может быть, прелестная молочница уже проснулась, полная беды…» Кирилл рассмеялся и в несколько махов достиг противоположного берега. Потом перевернулся на спину и несколько минут смотрел на солнце, посверкивающее сквозь нависшие ветви прибрежной ивы.

Вдруг его внимание привлекли мужские голоса. Трое парней стояли на другом берегу пруда и громко переговаривались. Один из них пнул ногой вещи Кирилла.

Кирилл развернулся и поплыл к берегу. Когда он приблизился, двое парней вошли в воду и двинулись ему навстречу.