Бернард Вербер - Революция муравьев

Вопросов много, но 103-я не задерживается на этой теме. Ей столько еще надо рассказать товарищам. Она говорит о том, что у Пальцев есть властная иерархия, а 10-й записывает трепещущим усиком:

«Пальцы не равны между собой.

Некоторые из них распоряжаются жизнью и смертью других.

Более важные Пальцы могут приказать поколотить низшего Пальца или заключить его в тюрьму.

Тюрьма – это запертая комната, из которой нельзя выйти.

Каждый Палец имеет начальника, самого подчиненного другому начальнику, который подчиняется своему начальнику... и так до начальника нации, который командует всеми.

Как назначаются начальники?

Существуют касты, и начальники просто выбираются среди детей уже действующих начальников».

Сказав это, 103-я вспоминает, что она не все поняла в мире Пальцев. Надо поскорее вернуться в него, чтобы пополнить свои знания.

Огромный бивуак шевелит усиками. Стены говорят с полом, двери беседуют с потолком.

Принцесса 103-я пробирается среди тел к живому окошку. Она смотрит на горизонт, на восток. Поход уже нельзя остановить. Она слишком далеко зашла. Остается лишь добиться успеха или умереть.

Пасущиеся внизу улитки не принимают участия в оживленной дискуссии. Они, набив полные рты, спокойно жуют клевер.

КАРТЫ: карточная колода с пятьюдесятью двумя картинками – сама по себе познание, история. Прежде всего четыре цвета обозначают четыре сферы изменения жизни. Четыре времени года, четыре настроения, четыре типа воздействия планеты...

1. Черви: весна, нежность, Венера.

2. Бубны: лето, путешествия, Меркурий.

3. Трефы: осень, работа, Юпитер.

4. Пики: зима, трудности, Марс.

Цифры и фигуры выбраны не случайно. Каждая означает этап человеческой жизни. Поэтому банальная карточная колода, так же, как и карты Таро, служит искусству предсказаний. Например, утверждают, что шестерка червей означает получение подарка, пятерка бубен – расставание с любимым человеком, трефовый король – приобретение известности, пиковый валет – предательство друга, червовый туз – отдых, трефовая дама – удачу, семерка червей – свадьбу. Все игры, включая самые простые с виду, заключают в себе античную мудрость.

Жюли и «друзья третьего тома» столько увидели за день, что были слишком возбуждены, чтобы спать.

В качестве успокоительного средства Поль открыл фляжку медовухи «Революционный урожай», которую захватил из лицея. Жи-вунг предложил партию в Элевсинскую игру.

Каждый по очереди положил карту в длинный ряд.

– Карта, признаваемая порядком мира. Карта, отвергаемая порядком мира, – объявлял Леопольд, очень серьезно воспринимавший свою роль временного бога.

Друзья не могли понять правила, придуманные Леопольдом. Они напрасно изучали принятые и отвергнутые карты, но не видели ни ритма, ни последовательности, ни закономерности. Многие попытались изобразить пророков, но каждый раз Леопольд отвергал их интерпретацию божественного провидения.

Жюли спросила себя, не действовал ли он, повинуясь случайности. Иногда Леопольд говорил «да», иногда – «нет», но принципа отбора она по-прежнему не понимала.

– Помоги нам немного. У меня такое впечатление, что старшинство и масти не имеют никакого значения для твоего правила.

– Именно так.

В конце концов все сдались. Когда они потребовали объяснений, Леопольд улыбнулся:

– Это было, кстати, довольно просто. Мое правило: «Чередование карт, чьи названия заканчиваются то гласной, то согласной».

Его побили подушками.

Они сыграли еще несколько партий. Жюли подумала, что от их Революции муравьев остались лишь символы: рисунок знамени с тремя муравьями, расположенными буквой Y, девиз «1 + 1 = 3», Элевсинская игра и медовуха.

Хочешь изменить мир и оставляешь в памяти людей только несколько пустяков. Эдмонд Уэллс был прав. Революциям не хватает смирения.

Девушка со светло-серыми глазами положила на стол червовую даму. «Карта отвергнута», – сказал Леопольд, казалось, огорченно.

– Отказ карте иногда многозначительнее, чем ее одобрение, – произнесла Зое и объявила себя пророком.

Благодаря ошибке Жюли Зое поняла правила этой партии.

Они перешли к медовухе. Им было хорошо играть вместе в эту странную игру. Они болтали обо всем, избегая лишь упоминания об отсутствии Нарцисса. Круг был создан, и количество членов нельзя уже было изменить. Все чувствуют, что одного из друзей не хватает, все ощущают увечность круга.