Ирина Дудина - Предводитель маскаронов

Я же восседала на точке седла, как некий паук, я через зажатый зад держала всё тело и всю железную структуру велосипеда, мой зад был точкой сбора моего тела и тела велосипеда. Жир уходил из меня, тело собиралось, необласканное грубым любовником снаружи. Велосипед был моим скульптором, он лепил моё тело, он ласкал его, он его, где надо, подтягивал. Я вспоминала Влада, который в постели был застенчив и туп, пролетарий несчастный. Наши контакты с ним были эгоистичны до крайности, гладить его тело в бородавках, прыщах и родинках было сложно. Я гладила только его бритую голову, это было необычайно приятно, так как голова его в многочисленных жёстких колючках была как велюр, как искусственный мебельный бархат. Влад тоже был велосипедист, в отличие от меня, с полупрофессиональным прошлым. Его тело тоже собирала не ласка другого человека, а жёсткое сидение и жёсткая конструкция, приспособленная для бесконечно одинокого эгоистического тела.

Я всё время думала о соборности самой себя, что вот я так невыразительна и невидима из-за того, что вот до сих пор не собрана в точку, не нашла своего духовного велосипеда, этого жёсткого точечного седла, которое стало бы моим центром сборки, заставило бы трудиться все-все мышцы от макушки до пальцев ног и рук, которое бы вытягивало б мой скелет и укрепляло бы вяленький такой мой позвоночник. Когда я найду свой духовный велосипед, свою могучую точку опоры, то всё переменится. Я стану Я, я соберу воедино тысячи моих Я центробежных, я отсеку вялые случайности, сконцентрируюсь на главном, оно даст мне и внешнюю форму, и одежду даст, и лицо у меня появится.

Владик теперь одевается в магазине «Сплав» для охотников, рыболовов и охранников. Там нашили одежды из пятнистых военных тканей защитного цвета: и футболки пятнистые, и комбинезоны, и штаны, и кеды, и шарфы, и куртки зимние. Сапоги хорошие там продаются, на шнурках, на подошвах рифленых. Влад там всего себя одел. В карманы спереди на грудке защитного цвета Влад складывает всякие полезные вещи. Он кладёт туда сидишек и дивидишек штук по 10, нож свой тупой и чёрный, шуруповёрты и проводки для компьютеров. Владик же пиратище у нас, вот и носит пиратскую продукцию, распространяет её всюду бесплатно или за очень маленькую денежку. Он стал вдруг ярым врагом денег. Говорит, что всё должно быть бесплатным, особенно в сфере культуры. Фильмы, песни, музыка, стихи — всё должно быть доступным и бесплатным, пусть пользуются все, кто имеет потребность. Я абсолютно с Владом согласна. Мне вообще пираты нравятся. Они надкусывают мерзкую наёпку капитализмом людишек-баранов. «Капитализм — сдохни!», как пишут на заборах вдоль железных дорог какие-то хорошие молодые, а может и не молодые люди.

И вот Влад теперь выглядит так. На животе у него куча дисков, как у кенгуру большого размера и к тому же самца. Сверху Влад, вечно мёрзнущий (так как не пьёт, ест экономно, калорий нет в его организме излишних), сверху Влад одевает куртку толстую на дутом синтепоне, защитного цвета, в пятнышках. На черепе, который Влад аккуратно продолжает брить по мере зарастания, он шапочек не носит. На ногах у него шнурованные полусапожки из чёрной военной кожи. Так как карманы на животе переполнены, силуэт у Влада как у беременного десантника на сносях. Или как у пузатого офицера, который съел все солдатские пайки, спортом ни хрена не занимается, и пузо отрастил. Когда Влад идёт по улице, он вызывает уважение у ментов и военных. Они думают — вот немолодой бритый чел идёт, рослый, пузатый, видно, что наш человек. Без опознавательных знаков, правда, но весь военизированный.

И случилось чудо — у Влада перестали требовать его раскисшую ксиву! Вообще на него внимание милиционеры перестали обращать! Если бы Влад в таком виде был бы строен и тощ, он бы вызывал желание покочебряжиться над ним. Но с толстым брюхом — явно человек опасный, внедренный, накормленный. Вот такие дела.

Я тоже занялась имиджем. Платье красивое моё так никто никогда и не увидит. Зато могут увидеть наружную одежду! Шла, шла я по городу. Увидела в магазине тканей тонкий искусственный мех под тигра, очевидно, для детских карнавалов. Он продавался со скидкой, так как был с дырками. Ещё продавался очень лохматый мех, тоже с дырками, очень красивого оттенка. Я купила мехов и за пару часов сшила себе шубу с клыками вместо пуговиц. Получилась шуба типа тигр с опоссумом, очень тёплая. Шуба одним людям нравится. А жена поэта Амелина сказала мне, что в шубе я напоминаю бомжиху или бурлака на Волге, тянущего баржу изо льдов. Я ей подмигнула, и сказала, что главное — это помонстрить, слаще удовольствия нет. Оденешься как все — это же скучно. А вот тигр с опоссумом всех сводит с ума.