Естественный обмен

Физическое состояние моё не улучшилось, но от принятого решения внутри разлилось мягкое тепло и возникло чувство, что я поступила правильно.

— Кому всё пишешь-то? — Катя подсела поближе и положила голову мне на плечо, а я машинально отклонила экран мобильного телефона чуть в сторону.

— Никому. Просто просматриваю записную книжку и читаю смски.

— М-м-м, чего-то ты сегодня какая-то невесёлая. Обычно буянишь и отжигаешь так, что твои похождения люди потом месяцами вспоминают, — она чему-то улыбнулась и вдруг ни с того ни сего лизнула мою шею, положив руку мне на колено…

— Катя! Прекрати!

— Ну, да ладно! Ты вроде, сколько тебя знаю, не хранила никому верность, что же изменилось? — меня резко взяли за плечи и повалили на кровать. Катя легла сверху и попыталась поцеловать, но я извернулась и удержала её руками.

— Сказано: «Нет!» — значит, не лезь! — её поведение меня очень сильно раздражало. Да и вся эта компания тоже. Взрослые уже люди напивались почти до потери сознания, горланили песни, матерились, ругались, кто-то с кем-то дрался, а в соседней комнате уже давно раздавались вполне недвусмысленные звуки и стоны. И вот эта пьянка называется встречей с друзьями? Да все эти люди, если о них ещё можно сказать — люди, безумны!

Живут без какой-либо цели, смысла… Но память ехидно подсказывала мне, что не так давно я считала такой образ существования самым наилучшим, вот только кто-то меня изменил…

— Ну и иди ты! — Катя обиженно села рядом, а я вдруг успокоилась.

— А и вправду, пойду-ка я, — я резко встала и вышла из комнаты, а затем, надев кеды, покинула этих странных людей навсегда. Почему-то не было ни капли сожаления от того, что я кого-то из них позабыла…

Душный вечер, тяжёлая голова, плохое настроение, абсолютное непонимание того, что мне делать и как быть. Конечно, можно было бы поехать к родителям, поймав попутку, но пока не хотелось этого делать. Мне хотелось просто вспомнить. Да и чувствовала, что родители — это немного не то. Это другой дом, а мне нужно было найти место, в которое звало бы сердце — но память молчала.

Покопавшись в мобильном телефоне, удалось кое-что вспомнить, но, опять же, совсем не то, что хотелось бы.

Да и эта невыносимая духота просто не давала мне дышать! Хотелось пить, очень сильно, но денег уже не было, одна мелочь. Что, в общем-то, неудивительно, ведь я нигде не работала. Видите ли, из принципа. Ха! Как же, из принципа! Просто было лень. Возможность получить хорошую работу была — нужно только восстановиться на последнем курсе универа и сдать пару экзаменов. Делов-то немного, а там и образование закончить, найти работу, благо родители всегда с этим помогут.

Почему же я бросила всё? Ушла, так и не доучившись? Чем думала — не понятно! Странно, раньше всё помнила, но жила, не задумываясь о своих поступках. А сейчас еле обрела воспоминания — и так хорошо понимаю, сколько ошибок натворила… Эх, надо что-то срочно менять в жизни, но ведь надо ещё вспомнить что-то важное. Так хочу вспомнить, что душу выворачивает, а не могу!

Почему-то легче пытаться вспоминать на ходу, блуждая по безлюдным улицам. Ноги болят, жарко. Постепенно, правда, воздух холодает, и поднимается сильный порывистый ветер, а значит — скоро будет очередная гроза.

Тут я вновь вспомнила о кулоне у себя на шее и попыталась его открыть. Для этого пришлось даже присесть на какую-то лавочку, чтобы ничего не отвлекало от кропотливого занятия.

— Так… Ну, давай, ещё чуть-чуть… Чёрт, ноготь! — ругаясь и кляня всё на свете, я провозилась ещё минут пять, прежде чем удалось подцепить крышку и открыть её.

— И кто же ты, красавица? — я рассматривала фотографию, а сердце почему-то радостно билось в груди, да я ещё и улыбалась, сама не понимая почему.

Девушка на фото в кулоне казалась мне идеалом: веснушки на лице, симпатичные губки, широкая открытая и добрая улыбка, горящие жизнью тёмно-голубые глаза, вьющиеся, чуть взлохмаченные волосы.

Чем-то Даша, девушка из магазина, да и Катя тоже, внешне были на неё похожи, но… вот именно эта девушка с фотографии и заставляла меня рвать душу в надежде вспомнить имя. Она — мой ангел…

— Люблю…Люблю… — лихорадочно повторяла снова и снова, — Так… хочу… к тебе… Хочу домой… — я заплакала, как в детстве, когда потерялась, а мама потом долго на меня кричала, потому что тоже испугалась. А мне было страшно от пережитого, но хорошо, и я улыбалась сквозь слёзы — ведь меня нашли.

Вот и сейчас я безумно хотела — глотая слёзы, размазывая остатки косметики по лицу — чтобы меня нашла она, та девушка, моя любимая…