Мейв Бинчи - Хрустальное озеро

И возвращаться домой тоже.

Лилиан Келли снова оседлала своего любимого конька:

— Я хочу, чтобы ты поговорил с Мартином. Пусть он приводит всех своих к нам на рождественский обед.

— Я предлагал…

— Всего лишь предлагал? Скажи ему, что это необходимо. А если он переживает из-за их кухарки, то пусть приводит и ее тоже. Она поможет Лиззи на кухне — та будет только рада. Нельзя им вечно сидеть дома, глядя друг на друга. Что случилось, то случилось.

— Лилиан, не надо ничего драматизировать, — сказал Питер Келли, как обычно читавший медицинский журнал и не обращавший на жену никакого внимания.

Лилиан обратилась к Море, которая приехала к ним на рождественские каникулы:

— Мора, скажи ему!

— Рано или поздно им придется к этому привыкнуть, — ответила Мора. — Это лучше, чем бежать от действительности.

Удивленный Питер поднял глаза:

— Именно так и сказал мне Мартин.

— Ну вот видишь! — воскликнула довольная Мора.

Дэн О’Брайен спросил Милдред, не хочет ли она пригласить Макмагонов на рождественский обед.

— Не стоит им надоедать.

— Почему надоедать? Это знак дружбы.

Дэну не улыбалось провести еще один праздник с молчаливыми женой и сыном. Может быть, присутствие Макмагонов заставит их раскрыть рот.

— Знаешь, я думаю, что они предпочтут обедать у себя, чтобы все выглядело как обычно, — предположил Филип.

Мальчик был бы рад, если бы за их столом сидела Кит, а он ухаживал за ней. Но, увы, рассчитывать на это не приходилось.

— Ну и ладно, — сказала Милдред О’Брайен.

Она никогда не любила эту кривляку Элен Макмагон. Кроме того, многие считали, что в ее смерти было что-то подозрительное, возможно, что она покончила с собой.

Миссис Хэнли крупно повздорила с Дейдрой.

— Где ты собираешься провести Рождество? — спросила она.

— Немного прогуляюсь. Навещу могилы…

— Какие еще могилы?

— Так поступают на Рождество. Приходят на кладбище и молятся за усопших, которые дороги.

— В данный момент у тебя нет никаких усопших. Смотри, как бы сама не отправилась на тот свет. Ты непременно кончишь этим, если не будешь осторожна.

— Какая ты бесчувственная!

— А ты за кого собираешься молиться в Рождество? Назови хотя бы одного человека.

— Ну, я могу помолиться за отца Стиви Салливана.

— Он похоронен не там, а в сумасшедшем доме, в тридцати милях отсюда! — ликующим тоном возразила миссис Хэнли.

— Ну, за мать Кит Макмагон.

— Тоже мне покойница! Брось, Дейдра. Ты просто хочешь встретиться с каким-то бездельником. Когда я выясню, с кем именно, у тебя будут большие неприятности. Можешь не сомневаться.

— Где ты видела в нашем городке бездельников? — со вздохом спросила Дейдра.

— Ты найдешь. Помни, дочь, я не спускаю с тебя глаз. Это сын Дэна О’Брайена?

— Филип О’Брайен! — В голосе Дейдры прозвучали ужас и искреннее отвращение. — Да он же ребенок Настоящий младенец.

Миссис Хэнли поняла, что искать подозреваемого нужно в другом месте.

Сестра Мадлен отказывалась от приглашений, но говорили, что ее праздничный стол будет самым богатым в Лох-Глассе. Люди тактично выясняли, что ей собираются принести остальные, поэтому блюда не повторялись.

Рита сказала, что принесет ей свежеиспеченный хлеб.

— По крайней мере, я знаю, что хлеб вы съедите сами. Потому что сливовый пудинг достанется цыганам, а индейка — лисенку или тому, кто появился у вас недавно.

— Хромая гусыня, — ответила сестра Мадлен. — С моей стороны было бы крайне невежливо кормить ее индейкой. Но ты права, хлеб я люблю.

— Четверг в нашем доме будет трудный, — заметила Рита.

— Не труднее всех остальных дней. — Как ни странно, сестра Мадлен не проявила ни капли сочувствия.

— Но по сравнению с предыдущими праздниками…

— Хорошо, что ее похоронили. Это приносит людям какое-то подобие успокоения.

— Сестра Мадлен, а вы когда-нибудь думаете о том, где найдете последнее пристанище?

— Нет, никогда. Но ведь я чудачка. Белая ворона. Сама знаешь.

— Как по-вашему, что я должна сделать?

— Не торопи события. Чему суждено быть, то и случится.

— Я хочу, чтобы они наконец заговорили о ней.

— Возможно, на Рождество они так и сделают.

— Брат Хили! Рада вас видеть. Они говорят, что в церкви Святого Джона нужно выставить рождественские ясли; мол, это укрепляет в вере, — пожаловалась мать Бернард.

— Во всем виноват этот малолетний преступник Кевин Уолл. Наверно, отшельница дала ему растения, сено и все прочее. Пути Господни неисповедимы, мать Бернард.