Дэвид Стори - Сэвилл

— Ты давно видела Мэрион? — сказал он.

— Мы вчера катались верхом. — Она неопределенно махнула в сторону дома. — И она осталась пить чай.

От автобусной остановки к ним шел мужчина в галифе. Колин узнал ее брата.

— Привет, Одри, — сказал он, посмотрел на нее мимо Колина и толкнул калитку. — Не боишься нажить неприятности?

— А тебе какое дело? — сказала она.

— Смотри, не попадайся старикам, — сказал он, кивнул на дом и зашагал к нему, равнодушно ступая прямо по лужам.

— Джонатан, — сказала она и ткнула пальцем себе за спину. — Он тоже с нами ездил, — добавила она.

— Может, сходишь за своим велосипедом? — сказал он.

— Откуда ты знаешь, что у меня есть велосипед? — сказала она.

— Да я не знаю, — сказал он. — Просто подумал.

— Хочешь, встретимся сегодня вечером, — сказала она медленно, облокачиваясь на калитку.

— А где?

— Я в церковь поеду, — сказала она. — И Мэрион тоже. Ну, так после службы.

— А в какую церковь?

— Святого Олафа.

— Это где?

— В Брайерли. Я туда на автобусе езжу.

Значит, семь миль, прикинул он. На велосипеде меньше чем за час не добраться.

— А когда служба кончается? — сказал он.

— Иногда в половине восьмого, иногда в восемь, — сказала она.

— Может, я и приеду, — сказал он и повернулся к велосипеду.

— Я тебя провожу немножко, — вдруг сказала она и спрыгнула с калитки. Потом беспокойно оглянулась на дом и добавила: — Они ведь смотрят.

Она шла рядом с ним, взмахивая полами пальто. Он вел велосипед по краю дороги.

Когда они поравнялись с автобусной остановкой, она снова оглянулась на свой дом.

— Пожалуй, я пойду назад, — сказала она. Щеки у нее покраснели. Она взглянула на дома выше по склону, словно ей не хотелось, чтобы кто-нибудь из знакомых увидел, как она с ним разговаривает.

— Может, я подъеду к церкви, — сказал он.

— Я позвоню Мэрион, — сказала она. — Чтобы она позвонила Стэффорду.

Он сел на велосипед.

— Ну, пока. — добавила она и помахала рукой, уже не глядя на него. На вершине холма он обернулся — она закрывала калитку и бежала по дороге к дому.

— Я тебя везде чуть не час искал, — сказал отец.

— Я ездил к Стэффорду, — сказал он.

— Это еще для чего?

— За учебником. — Он захватил учебник с собой из дома, а теперь вынул его из-за пазухи и бросил на стол. — Он мне нужен, чтобы сделать каникулярные задания, — сказал он.

Отец несколько секунд смотрел на учебник.

— И ты только туда ездил? — сказал он.

— Быстрее я не мог, — сказал он.

Отец покачал головой и ткнул пальцем в сторону двери.

— Твой братишка весь изревелся. Он же любит, чтобы ты с ним играл, сам знаешь.

— Я торопился как мог, — сказал он.

— Есть вещи поважней учебников! — сказал отец и добавил: — А миссис Шоу хватает хлопот с Ричардом, сам знаешь.

Мать была больна. Она лежала в больнице — ее увезли туда на второй день. Когда отец уезжал на работу, Колин присматривал за Стивеном и Ричардом. Но сегодня, решив съездить к Одри, он отвел Ричарда к миссис Шоу, а Стивена оставил играть на пустыре. В кухне все было прибрано. Перед тем как уехать, он вымыл посуду, подмел пол и застелил кровати. Он был уверен, что обернется за час.

— Я же объяснил мистеру Шоу, — сказал он. — Когда просил у него велосипед.

— Ну, а мистера Шоу сейчас нет дома, — сказал отец и нагнулся к очагу с зажженной спичкой. Стивен, который плакал на крыльце, вошел в кухню, сел на стул и принялся тереть глаза. Из-за стены, от миссис Шоу, доносились долгие пронзительные вопли Ричарда.

Колин взял учебник: он вспомнил, что на титульном листе написана его фамилия.

— Я обещал приехать вечером, если буду свободен, — сказал он.

— Куда это? — сказал отец и обернулся к нему.

— К Стэффорду.

— А что там у Стэффорда такое, чтобы к нему шляться?

— Я сказал, что приеду, если не буду тебе нужен дома, — сказал он.

— А ты мне нужен. Что же, по-твоему, я один тут должен вертеться? — сказал отец.

— Я просто подумал, что, может, ты сегодня останешься дома. Мне нужно проверить одну работу, — сказал он.

— Вот и проверяй ее тут. — Отец обвел рукой кухню, вдруг заметил, что пламя разгорелось слишком сильно, и прикрыл его газетой.

Некоторое время он стоял у очага.

— Не так уж много мы от тебя просим, — добавил он.

— Я же тебе всегда помогал.

— Угу, — сказал отец. — А сколько раз тебе напоминать приходилось?

Он сдернул газету. Пламя снова взвилось кверху.

— Чего ты столько угля наложил! Сейчас же лето, — добавил он.