Катарина Причард - Негасимое пламя

Словно поняв, о чем идет речь, попугай разразился градом непристойных ругательств.

— Ну, ну, озорник, — прибавила опа с упреком, — пай-мальчику не пристало браниться!

Дэвид заметил, что она еще не стара, хотя в тускло-серых ее волосах уже проглядывала седина, фигура расплылась, а вставеая челюсть при разговоре все время двигалась и, казалось, вот-вот выпадет изо рта. Однако, улыбка ее выпуклых голубых глаз несколько смягчала и резкие линии, и кислое выражение поблекшего лица.

— Не скажете ли мне, миссис… — начал Дэвид.

— Баннинг мое имя.

— …миссис Баннинг, где бы я мог тут поблизости найти комнату?

— Квартиру со столом?

— Да нет, просто комнату и, хотелось бы, завтрак по утрам.

Она внимательно осмотрела Давида, чемодан и пишущую машинку.

— Я только что приехал из провинции и еще как следует не осмотрелся, — начал объяснять Дэвид.

— У меня есть уже двое постояльцев, они работают на рынке, — сказала м-с Баннинг, колеблясь. — Но они все делают себе сами. У меня суставы болят, и мне трудно возиться весь день с обедами и уборкой.

— Я могу делать все сам, — сказал Дэвид, на деясь обосноваться здесь хотя бы на эту ночь. — Все, что мне требуется, — это комната с кроватью, стол и стул.

— Что скажешь, Перси? — м-с Баннинг обернулась к попугаю. — Возьмем его?

— Мерзкий ублюдок, — приветливо отвечал Перси. — Грязный, вшивый, мерзкий ублюдок!

— Это означает, что вы ему нравитесь, — пояснила хозяйка. — Если бы не нравились, он тотчас же поднял бы крик, чтобы отговорить меня. Пойдемте, вы посмотрите, устроит ли вас комната, которая у меня осталась.

Дэвид последовал за ней в дом. Пройдя на заднюю веранду, м-с Баннинг отворила дверь крохотной комнаты рядом с ванной. Там стояли узкая кровать, накрытая белым пикейным покрывалом, стул и комод.

— Вполне устроит! — воскликнул Дэвид.

— Это будет стоить два фунта в неделю, включая завтрак, плата вперед, — твердо сказала м-с Баннинг. — И никаких женщин. Я не терплю всяких там непристойностей.

— Согласен на все, — заверил ее Дэвид. — Вот только насчет денег… У меня с собой только один фунт.

Он вручил ей банкнот, который дала ему Мифф, дабы закрепить сделку.

— Это все, что у вас есть? — с любопытством спросила она.

— Да, почти что, — признался Дэвид, — остальное я вам отдам завтра.

— Пожалуй, лучше взять эти деньги, — решила она, — на случай, если вам вздумается ночью улизнуть.

— Ну, едва ли, — засмеялся Дэвид. — Я слишком устал. Сейчас приму душ и отправлюсь спать, если вы не возражаете.

— Это уж как вам угодно, — ответила м-с Баннинг и удалилась мелкими шажками.

Напутствуемый хриплым благословением Перси, Дэвид бросился на узкую неудобную кровать, и вскоре теплая мгла затопила его сознание: беспокойное, ненасытное любопытство к жизни уступило непреодолимой усталости.

С первыми лучами солнца Перси разбудил Дэвида, приветствуя зарю, и привел его в полное замешательство. Очнувшись в незнакомой обстановке, Дэвид обвел взглядом комнату, припоминая, как он сюда попал. Ее скудное убранство позабавило его и пришлось ему по душе. За окном виднелся задний двор; там росло старое шелковичное дерево, суковатые ветви которого отчетливо вырисовывались на фоне утреннего неба. Рядом стоял похожий на сарай флигелек, где, как догадался Дэвид, квартировали другие постояльцы м-с Баннинг, рабочие с рынка. Сквозь сон он слышал, как рано утром они ходили по двору, плескались под краном и громко переговаривались на каком-то странном языке — то была смесь итальянского с местным диалектом.

Душ, бритье и завтрак, приготовленный м-с Баннинг, — чашка чая, яйца и бэкон — вернули Дэвиду привычное самочувствие и радостное сознание, что он начинает новую жизнь.

Встретившись с Мифф, Дэвид принял свой прежний небрежно-веселый и беспечный топ.

— Привет, дорогая! — сказал он, беря у нее из рук чемодан с одеждой и другими вещами. — Прежде всего мы отправимся в банк.

— У тебя вид малолетнего преступника, — заявила опа.

— Что ж, я неплохо провел время, — ответил оп, сверкнув веселой мальчишеской улыбкой.

— Пойдем позавтракаем в парке, — предложила Мифф, — мы можем там поговорить, и потом так славно будет пройтись берегом реки!

— Отлично!

Получив по чеку деньги, Дэвид с приятным ощущением денег в кармане взял дочь под руку и повел ее по улице через мост на широкую, затененную деревьями набережную.

Какой-то рабочий в комбинезоне, стоя на лужайке у моста, кормил чаек.