Антон Тарасов - Подводные камни

— Ладно, Миш, но запомни. Еще раз я о чем-то таком узнаю — и до свидания, живи, как знаешь.

Марине было все равно, что на это ответил Волков. Она лишь сжала кулаки и просопела: «Да!». Шуметь было нельзя, это могло бы все испортить.

— Марина! А, Марина! Подите-ка сюда, — послышалось из гостиной.

Ее звала Екатерина. Чайник был отодвинут на край стола, печенье из вазочки съедено, обертки от конфет сложены в чашки.

— Мариночка, спасибо за ужин. Завтра приготовьте нам, пожалуйста, завтрак, но не к восьми пятнадцати, как по будням, а к девяти, все-таки суббота. Ну, а там можете быть свободны, мы пообедаем и поужинаем в ресторане. А завтра утром ждем от вас завтрак к девяти. И тоже отпустим вас на весь день. Все, спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — ответила Марина.

«Значит, это только на первый взгляд Волков такой прямо ангелочек. И в доме не так все и благополучно. Интересно, бывшая жена или любовница? Хотя, нет, любовница для Волкова все же слишком. Эх, Михаил Петрович, не умеете вы скрывать романы на стороне. Неужели не постараться и не придумать все так, чтобы жена не догадалась? Приложить немного фантазии, усилий. Или только получать от женщин ласку и внимание привыкли, а как самому потрудиться, так не получается? Не верю. Все получится, если очень захотеть. Нет, пожалуй, ошибаюсь. Не бывшая жена и не любовница, скандал бы был куда более грандиозным. Екатерина что-то сказала про то, что это уже повторялось и много раз. Эх, жалко, не слышала, отвлеклась. Хорошо, если это повторяется много раз и жена с этим ничего поделать не может, то это… Ну, конечно, это какое-то старое увлечение, которое никак не отпускает. Женщина из прошлого, которую он никак не может забыть и делает все, чтобы вновь и вновь с ней увидеться. А кто она ему, жена или любовница, не так и важно. Элементарно, Марина! Ты идешь в нужном направлении».

В субботу ближе к вечеру Марина терпеливо дождалась, пока Вика переделает все домашние дела и, оставив ребенка бабушке, сможет на несколько часов отлучиться. Они сидели в какой-то забегаловке недалеко от Викиного дома.

— Ой, Марин, да на тебе лица нет! Ты что, не красилась? Такие мешки под глазами. И, кажется, что ты сильно похудела за эти дни.

— Да что ты! Люди мечтают похудеть, пьют всякие чаи для похудания, дрищут неделями, не вылезая из дому. Ты мне просто завидуешь, — смеялась Марина. — Ну, скажи, что завидуешь!

— Нет, не завидую. Слушай, я тут о твоем Бадри узнала кое-что. Вернее, видела его, но он меня не узнал, а вот я его узнала.

— И что? — ухмыльнулась Марина. — Что мне теперь, удавиться из-за того, что ты что-то узнала о Бадри? Ладно, прости… так, что с ним?

— Похоже, пьет беспробудно, — с жалостью сказала Вика.

— Ну, удивила! Все мужики беспробудно пьют, когда у них с бабами не клеится. Или когда они сами портят отношения. На это много ума не надо, поверь.

— И еще, — Вика вздохнула. — Его магазин, похоже, закрылся или обанкротился. Там теперь какой-то другой. А Бадри просто продавцом за кассой стоит. Жвачка, презики, дешевое пиво, эти баночки для малолеток, водка, мороженое. Мне даже жалко его стало. Ведь какой был мужчина, ты вспомни! Видный, статный такой, капли в рот не брал. А тут перегаром несет так, что голова кружиться начинает.

Марина поймала себя на мысли, что постукивает пальцами по столу точно так же, как это делал Волков, когда она навязалась на встречу и пришла к нему в офис. Марина смотрела на свои пальцы, но они отстукивали по столу простой мотив, словно против ее воли: тук, тук-тук, тук-тук-тук, тук.

— Так забрала бы его себе, этого Бадри, раз он так тебе нравится. Накормила бы его, напоила, отмыла, одела, сделала так, чтобы он завязал с выпивкой. Думаешь, мужики благодарные? Да он дождется, когда ты для него сделаешь все, что можешь сделать, все свои деньги на него спустишь. А потом свалит с какой-нибудь магазинной шлюшкой. Или, того хуже, домой ее приведет к тебе. И ты ничего не сможешь сделать.

— Ты серьезно, Марин? — спросила шокированная Вика. — У тебя все в порядке с работой? С Волковым? Ничего не случилось?

— Так, хватит, ни слова о работе. Какая еще работа? Ты про домработницу? Ты же знаешь, работа это так, повод, прикрытие моих маневров, — Марина перестала постукивать по столу и сжала кулаки. — Все нормально и даже лучше, чем я думала. Он оказался таким доверчивым, этот Волков, что обвести его вокруг пальца ничего не стоит. У меня уже в кармане его банковская карточка, с ней я хожу в магазин. И деньги там огромные лежат. Правда, он требует от меня эти проклятые чеки, но это пока я себя не зарекомендую. Дальше копаться в бумажках и выяснять, сколько корма я купила его коту, ему вряд ли захочется.