Ира Брилёва - Приключения вертихвостки

Я тоже улыбнулась ей в ответ.

— Тебя спишешь! Как же! А насчет Олимпийских игр я обязательно узнаю. Вдруг и правда тебя возьмут. — Мы снова посмеялись, и баба Маша вернулась к своему рассказу.

Она рассуждала так: наверняка у «убивцев» оружие есть? А если у них приказ от Эмиковой мамашки добиться результатов любой ценой? Нет, на такой риск баба Маша пойти не могла.

В этом месте ее рассказа я мысленно с ней согласилась. Ведь, в отличие от меня, бабМаша не знала о еще одной неудавшейся попытке покушения — Вован по-прежнему сидел под домашним арестом, охраняемый бдительным оком здоровенного мужика по имени Степан. Ростом и внешностью Степа напоминал Илью Муромца. И Вован, когда понял, что теперь это его личная охрана, притих и сидел в импровизированной тюрьме смирно, ни разу не предприняв попытки самостоятельно выйти на свободу.

Я немного отвлеклась от повествования бабМаши, погрузившись в свои размышления. Но когда я вынырнула на поверхность из глубин своего подсознания, оказалось, что ничего существенного я не пропустила. БабМаша только приступила к описанию того, как ей удалось сбежать. По сравнению с бабМашей хитроумный Колобок «отдыхал» и нервно курил в сторонке!

Она сильно привязалась к Фёкле, которая за последние месяцы стала ей как родная дочь. Или внучка. Кому что больше нравится. И она никак не могла рисковать ею, тем более, что мы с ней не раз обсуждали, как Фёкла заживет, когда все это наконец закончится. И у бабы Маши созрел вполне себе замечательный план. То, что за квартирой наблюдают, можно было предположить и безо всякой дедукции.

Детективы, само собой. Они утыкали всю квартиру маленькими, со спичечную головку, камерами. Единственным местом, о котором детективы то ли забыли, то ли даже в своем самом страшном сне не могли предположить такой путь отступления и не понатыкали там своих вездесущих видеокамер, был балкон.

Но вот «враг», который глупостью никогда не отличался, мог наблюдать сейчас за ними откуда угодно. Баба Маша была тертый калач, и во время одной из наших задушевных бесед однажды мне сказала удивительную вещь: «Если думать, что твой недруг глупее тебя, то это значит проиграть войну, не начав её».

Поэтому, резонно решив, что вариантов у нее нет, и свободным остался только один путь, она и решила воспользоваться таким экзотическим видом побега.

Еще задолго до этих событий предусмотрительная баба Маша перезнакомилась со всеми своими соседями, справа и слева, сверху и снизу. И, поскольку, добрая часть из них жила в соседнем подъезде, это ей сейчас очень пригодилось. Она приказала Фёкле, которая слушалась бабу Машу беспрекословно, быть наготове, собрать кое-какие вещички и ждать позднего вечера.

Я опять немного отвлеклась от бабМашиного повествования, пытаясь зачем-то мысленно восстановить хронологию событий.

Так. Это все происходило вчера, в день, когда раздался звонок на домашний телефон Эмика. То есть, получается, что «мадам», во-первых, начала действовать, а во-вторых, позвонила Эмику. Хотя, нет. Что-то у меня не складывалось. Я задумалась. Точно! Она же просто ему не дозвонилась. Потому что не хотела доверять столь щекотливый разговор мобильнику. Тогда все становится на свои места. Интересно, что было бы, если бы она ему дозвонилась с первого раза? И какой именно помощи она добивалась от Эмика? Этого, видимо, я никогда не узнаю. Но, скорее всего, у них был какой-то разговор. Иначе, зачем бы она так настаивала? Сколько я ни размышляла впоследствии над этим, только один ответ приходил мне в голову. Ей очень хотелось почувствовать себя защищенной. Чтобы ее сын стал за нее горой. Только почему она не подумала о том, что за эту защиту ее сын мог загреметь в холодные края на много-много лет? Да и она с ним за компанию. Странная логика. Не женская, а просто глупая. Слепая ревность и обида боролись со слепой материнской любовью.

Эмикова мамаша допустила только одну-единственную помарочку в своем плане — слишком рано пустила своих «соглядатаев» по моему следу, прямо пред ясны очи моей неутомимой мисс Марпл. И ее план бы на сто процентов удался, если бы не одно крохотное обстоятельство. «Мадам» даже предположить не могла, что в ее планы вмешается старушка-божий одуванчик! И все ей поломает. К чертовой матери! Сработавшая на опережение баба Маша, вовремя заметившая начавшиеся маневры неприятеля, не стала дожидаться новых выстрелов или других неизвестных неприятностей и беспрепятственно сбежала прямо из-под носа и наших друзей, и наших врагов, соблюдая все правила конспирации. Она до самого позднего вечера наблюдала за двором, где в тени карусели на детской площадке затаился незнакомец, шлявшийся утром по подъезду. Огонек его сигареты иногда вспыхивал в темноте, освещая лицо мужчины. Выждав, пока двор опустеет, бабМаша приступила к исполнению задуманного. Ей совсем не хотелось дожидаться ночи в этой, ставшей, видимо, небезопасной квартире.