Ира Брилёва - Приключения «Идиота»

Меня посадили на почетное место рядом с водителем — это было знаком особого доверия. И я оценила такой Колькин жест.

Не успели мы отъехать от Колькиного «логова» и сотни метров, как путь нам перерезала целая кавалькада из четырех машин. Наши джипы встали, как вкопанные. Колька стал мрачным и очень серьёзным.

— Это кто? — мой вопрос прозвучал слишком громко в образовавшейся неприятной тишине.

— Конкурирующая фирма, — Колька ответил неохотно. И, помолчав, добавил: — Тоже, между прочим, за тобой охотятся.

— Чего-о? — протянула я. — А им-то что надо?

— Да то же самое, что и нам. — Колька как-то искоса зыркнул на меня и ухмыльнулся.

— Господи, а они-то откуда про меня знают?

— Глупенькая ты. — Колька смотрел на меня ласково, как смотрят на несмышленое дитя. — Разве ж в нашем мире можно что-нибудь скрыть? Особенно, если это касается таких «бабок». Просто, у нас свои «коны», а у них свои. Только ребята не правы. Они нам «на хвост» хотели упасть, а мы их не захотели. А зачем? У нас и покупатель свой на товар, и прихваты на Западе.

— На каком Западе? — удивилась я.

— А ты, что, думаешь, что у нас кто-нибудь может за этот товар хорошую цену дать?

Я ничего не понимала. Какой товар? Какую цену?

— Коль, я не совсем в курсе. Ты мне не можешь объяснить, о каком таком товаре речь?

И тут уже у Кольки глаза на лоб полезли.

— Так ты, что, не в курсе? Ты не знаешь, зачем столько народу за этой книжкой охотится?

Я отрицательно мотнула головой.

— Я знаю только, что там какие-то формулы, а что они означают, понятия не имею.

Но Колька не успел поделиться со мной столь интересной для меня информацией. В чужих машинах стали открываться двери, и из них вывалилась куча народу. «Ух, ты! Да их в два раза больше, чем нас», — подумала я. Местоимение «нас» меня совсем не смутило.

Чужие бандиты остановились рядом со своими автомобилями и в руках у них недвусмысленно появились силуэты пистолетов. Дело принимало неожиданный и дурацкий оборот. Мне первый раз в жизни стало по-настоящему страшно.

— Ну вот, поговорить не дают, — проворчал Колька. — Ладно, потом поговорим. — Его лицо снова было серьезным и озабоченным.

— Коль, а они стрелять будут? — мой вопрос прозвучал еще более нелепо, чем предыдущий.

— А как ты думаешь? — Колька теперь был совсем не похож на моего лопоухого одноклассника, которым он был много лет назад. Он весь подобрался, как барс перед прыжком и тихо скомандовал всем, кто был в нашей машине:

— Сидеть тихо, не дергаться. Я пойду, послушаю, что они предлагают.

Он неторопливо открыл дверь, вылез из машины и вразвалочку, словно совершал утренний променад по парку, направился в сторону кавалькады. «Конкурирующая фирма», видимо, довольная произведенным впечатлением опять позалазила в свои автомобили.

Минут через десять он вернулся, сел в машину и молчал так долго, что я не выдержала и нетерпеливо спросила:

— Ну, что там?

— Все банально. Они хотят тебя забрать. — Колька глянул на меня в упор. — Но это в мои планы не входит. У меня еще никогда и никто ничего не забрал.

Его братва одобрительно загудела.

— И что ты решил? — спросила я.

— А что тут решать? Будем драться. Я им сказал, что мне надо подумать минут пятнадцать, но это блеф. Просто, чтобы выиграть время. Я сейчас братве информацию по телефону перекину, скоординируемся — и вперед.

У меня все похолодело внутри. Куда это — вперед? А как же я? А если меня случайно убьют в перестрелке?

Словно прочитав мои мысли, Колька сказал:

— Не дрейфь. Насчет тебя я тоже подумал. Тебя нельзя под пули подставлять. Вот Карась у нас водила знатный. Мы сейчас тихонько из машин выйдем, вроде как для дальнейших переговоров, сгруппируемся, пока то да сё, Карась рванет с места и тебя через лес увезет. Они не успеют даже пошевелиться — я отвечаю. Да и места здесь глухие, их знать надо. Так что, погони не бойся. А шелупонь эту мы подстрижем, чтобы под ногами не путалась.

Я поразилась Колькиной дерзости. Напротив нас в машинах сидело минимум в два раза больше народу. И как он собирался все это проделать, мне было совершенно непонятно. И вдруг я догадалась. Это была не безумная смелость. Просто у Кольки не было другого выхода. Отдать меня он не мог. Это было равносильно потере авторитета в глазах его «коллег» до скончания дней. Следовательно, оставался только один путь — драться. Но при любом раскладе шансов уцелеть у него не было никаких, а лично у меня оставалось не так много. Я не знала, какой там Карась водитель. Может и Шумахер. Но проверять это на собственной шкуре мне страшно не хотелось. И у меня созрел план. Он как-то мгновенно всплыл в моей голове, словно бы из ниоткуда.