Елена Некрасова - Щукинск и города

— Тогда мне это точно не подходит, мне нравится бросаться на людей… мне будет чего-то не хватать.

— Не наговаривай на себя, я думаю, что у тебя прекрасный характер…

— Да уж… зря так думаешь.

— Ладно, время покажет… вот, мы пришли, так… я уже привык пробираться, давай руку… тут главное — ни шагу в сторону, а то кругом доски всякие с гвоздями… ты в джинсах, это хорошо…

Ну ничего ж себе! Откуда тут столько хлама, не двор, а какая-то мусорная куча… нет, это даже страшно, неужели трудно было хоть как-то расчистить, ещё говорит, что часто ездит сюда с друзьями… блин! Она, конечно, не робкого десятка, но даже как-то сердце того… ёкает, тащат куда-то в темноту, если и дом такой же, как это всё…

— Слушай, а… у тебя там свет хоть есть?

— Всё! Прорвались. Сейчас открою дверь… у меня там всё есть, испугалась, да? Это сарай развалился, и некогда было убирать, я же прошлое лето провел в Индии и сюда не приезжал, и в этом году в первый раз, так что… завтра всё расчищу, будет красота. А участок хороший, увидишь. У меня даже прудик есть… и три сосны, я гамак между ними растягиваю… вот же дурацкий замок, заедает всё время… Всё, заходи! Свет, как видишь…

— Ух, ты! Ну, вообще…

Таня чувствует, что на её лице застыла точно такая же улыбка, как у этого золотистого Будды… довольная собой и отъехавшая. Кактусовая водка оказалась очень даже… главное, легко пошла, не то что обычная… ту даже нюхать противно. Накормил деликатесами… изюм, орешки всякие, сушеные мандарины… самый кайф — бутерброды с красной икрой под текилу. Просто вся мебель должна быть низкая… зря она выкинула старые подушки от кресел и от дивана, обшила бы тканью и круто… и стол прикольный — а у него просто ножки отпилены, всё гениальное — просто. Классно, что тут повсюду эти мелкие фонарики, на стенах, на полу и с потолка свисают… они какие-то нереальные… как будто мерцают глубоко под водой… нет, понятно, что сквозь матовое стекло получается такой эффект… но круто. И циновки сюда притащил, и этих божков, и слона здоровенного, и кучу плакатов с просветленными индусами, куда ни глянь — тебе улыбается индус, и у всех одинаковые улыбки… особенно много этого кудрявого, который типа его учитель, как его… Сай-баба… в общем, какая-то там баба…

— Ну как нога? Проходит?

— А… а я уже про неё забыла, спасибо…

Посыпал ей ногу каким-то серым порошком из желтого пакетика, якобы это священный индийский пепел… Вскоре боль и правда прошла, но Таня сомневается, что это…

— Слушай, а хочешь покурить кальян? Ты вообще пробовала?

— He-а… там, наверное, очень крепкий табак?

— Наоборот. Довольно слабый и с фруктовым привкусом… после своих убойных сигарет ты даже вряд ли почувствуешь, что куришь… ну ладно, я разожгу, не понравится — не будешь, я сам покурю… А вибхути — классная штука, я даже зуб однажды себе вылечил, и с тех пор не болит…

— Что? Я не расслышала… какая классная штука?

— Вибхути, это пепел так называется. Баба его материализует.

— В каком смысле материализует?

— В прямом, из ничего… ну, то есть понятно, что ничего из ничего не бывает, достает из каких-то других измерений… но выглядит, как будто из воздуха. Просто держит перед тобой ладонь, и вдруг на ней появляется кольцо, или часы, или крестик, если ты христианин, например…

— Извини, но это похоже на фокусы…

— В том-то и дело! Что пока человек не увидит своими глазами… знаешь, сколько ученых с мировым именем туда приезжает? И все констатируют, что это необъяснимо с точки зрения естественных законов, так… фольга толстовата, ну ничего, сейчас разгорится… Так что лучше один раз увидеть… на, держи… да не бойся! Втягивай сильнее, он слабенький… вот…

— Хм, интересно… дыма выдыхается много, а я его почти не чувствую… только чуть-чуть. И запах яблока…

— Я же говорил. А ну давай вместе затянемся, одновременно… так больше тяга будет. Раз, два, три!

— Да, чуть посильнее… и ты пожертвовал мне такой ценный пепел? Тебе что, не жалко этого ви… ви… нет, я никогда не запомню.

— Вибхути, ну и не запоминай, не парься… нет, это не так дорого стоит, я его много привез. Он же продается в Прашанти Нилаяме… ну, в ашраме, это место, где живет Свами, я тебе уже говорил…

— С вами? С кем живет?

— В смысле? А, нет, так называют учителя — Саи Баба, Свами, Сатьи Саи, это не важно… ну как? Нормально идет?

— Да вроде… приятный табак… и вода смешно булькает.

— Я уже не могу курить сигареты, раньше больше пачки в день выкуривал… вот… а, ну да. Вибхути он почти каждый день материализует, по нескольку килограмм… его потом расфасовывают и продают, но нужно брать только внутри ашрама, потому что за забором уже подделка, или разбавленный в лучшем случае — смешивают с мелом или даже с песком…