Ласло Варгаши - Котёл

— На содержание армии нужно много денег. Где их взять- запустить печатный станок-

— Надо призвать народ, пусть сбрасываются. Пусть каждый гражданин перечислит пятерку со своего мобильника, — предложил Кролик.

— А как это сделать, подскажи, — Трупчинов спрятал крест в стол. — Надо что-то придумать, хитрое такое.

— Я придумаю. Но тут без хитрости не обойтись. Мы эту хитрость разработаем и запустим.

— Кролик, мой дорогой! Мне нужные сведения в срочном порядке о работе моих губернаторов…

— Нет, моих. Это мои губернаторы, а я их премьер.

— Пусть будет так. Но ведь ты — мой…со всеми губернаторами, поскольку я издавал указ о твоем назначении, — произнес Трупчинов повышенным тоном. Вот Одарченко в Херсоне полностью изучил труд Гитлера «Майн камф» и уже цитировал его с трибуны. Одна женщина с ребенком на руках пыталась приблизиться к нему, но он устремил свой взор в ее глаза, у нее глаза потемнели, чуть не ослепли, и она вернулась на место, представляешь- Вот какого губернатора я назначил своим Указом. Ты не хотел бы стать губернатором, ведь Одарченко заслуживает памятник, я издам об этом Указ.

— Но там стоял «Правый сектор», — произнес Кролик страшную фразу. — Боюсь, этот правый сектор скоро будет стоять у моего кресла: один боец справа, второй слева. В этом случае, полный паралич.

— Я тоже побаиваюсь Правого сектора, — произнес Трупчинов шепотом, — но надо что делать. Так велит дядя сэм. А дяде сэму подчинен весь мир. Надо терпеть.

В кабинет президента ворвался Пипиярош.

— Такую вашу мать. Всех губернаторов назначили своих. Один Одарченко наш парень. Я вас смету. Срочно меняйте эти Указы. Во главе областей должны стоять одни бандеры.

— Член правого сектора Ноготь назначен губернатором Крыма, — выдал Трупчинов. — Он пока не в Крыму, Крым оккупирован, но мы скоро освободим Крым и Ноготь приступит к своим обязанностям немедленно.

— Ты сам становись губернатором Крыма. Русских оттуда не так просто вытурить. Это может сделать только Правый сектор, но Правый сектор еще не окреп в боях. Я формирую две дивизии Донбасс. Там мы покажем, москалям, где раки зимуют. И тогда Ноготь может приступить к освобождению Крыма.

— Крым — наш! — воскликнул Трупчинов.

— Крым — наш! — вытянул руку Кролик.

— Слава Украине!

— Хайль!

— Хайль!

— Нехайль!

Савик Шустер, изгнанный когда-то из России, почувствовав, что в Украине запахло национализмом, обосновался в Киеве и организовал передачу под названием «Шустер Лайф». Нельзя отказать Шустеру в мастерстве: он очень медленно и тактично поливал свою бывшую страну, в которой он долгие годы господствовал в эфире, грязью. Сначала надо было смотреть через увеличительное стекло, чтобы это понять. Однако, когда в Киеве была свергнута законная власть и государственный руль очутился в руках хунты, когда стали называть черное белым и наоборот белое черным, Шустер не колеблясь изменил своему журналистскому долгу. Как и хунта, он стал вылизывать швабам и американскому дяди сэму пятки, поливать грязью людей, умирающих на поле боя за свою независимость. Шустер стал неподражаемым предателем правды и объективности.

Каждую пятницу вечером у него в студии собирались зомбированные хорьки высокого полета, которые называли лучших сынов Юго-Востока сепаратистами, бандитами, террористами. Женщины и дети, которые варили дома галушки и несли своим сыновьям на передовую, тоже террористы сепаратисты. Их Путин прислал из Москвы, а жители Луганска и Донбасса льют слезы по бандеровцам из Правого сектора.

Вот, опираясь на палку, к микрофону ковыляет знаменитая на весь мир лиса Юлия. На самом деле ей эта палка не нужна, не нужна и та палка, которая в народе вызывает нежную, но тайную улыбку, — ей нужна палка от швабры, да по хребту. Юля недавно вернулась из Германии, куда ездила якобы для лечения спины, но вместо этого неделю сидела в разных салонах парикмахерских Берлина, где ей десять раз меняли прическу, убрали морщины и мазюкали морщинистое личико розовой краской. Юля получилась, как в прошлые годы. Только походка изменилась… на походку пожилой и злобной женщины.

Теперь, в студии Шустера, она подошла к микрофону, окинула всех мудрым взглядом и произнесла:

— Слава Украине!

— Слава Украине! — повторил Тянивяму и стал рукоплескать, будучи рад, что Юля протягивает руку членам его партии — нацистам.

— У меня есть армия, — продолжила Юля. — Я эту армию планирую отправить в Донецкую и Луганскую области, смести там всех русских террористов, засланных Путиным и отправить их дальше на Москву.