Ниам Грин - Секрет Коко

— Отличная витрина. Твоих рук дело? — указывает он в сторону витрины.

— Спасибо. Да, моих. — Я пытаюсь отвечать легко и спокойно, но сомневаюсь, что мои слова звучат так уж непринужденно.

— И давно работает ваш магазин? — интересуется он.

— Очень давно.

— А насколько давно, не скажешь? — В его глазах мелькает озорной огонек, и я вспоминаю, как он подшучивал над моей скрытностью во время последней нашей встречи.

— Ну, — я вытираю руки о брючины и снимаю с головы косынку, — дедушка открыл его примерно в пятидесятых.

— Понятно. А теперь ты здесь всем заправляешь?

— Вместе с бабушкой.

— И кто это меня тут обсуждает? — спрашивает вдруг Рут. Она спускается к нам по лестнице, и я понимаю, что никак уже не успею предупредить ее о нашем нежданом госте. Ведь сейчас посреди нашей лавки, как ни в чем не бывало, стоит человек, на встречу с которым она так настойчиво меня отправляла.

— Видимо, я, — отвечает Мак. Рут уже стоит рядом с нами, ее серебристые кудри рассыпались по плечам, выгодно оттеняя небесно-голубую блузку. Она выглядит потрясающе.

— А вы… — Бабушка протягивает ему руку с лучезарной улыбкой, какой всегда одаривает симпатичных незнакомцев. Она искренне убеждена, что все незнакомцы — это друзья, с которыми мы попросту еще не встречались.

— Я — Мак Гилмартин, — отвечает он, решительно пожимая ей руку.

— Из Глэкена, — многозначительно добавляю я.

Рут изумленно вскидывает брови:

— Ах, понятно.

Она недоуменно смотрит на меня, я в ответ пожимаю плечами. Мне точно так же, как и ей, ничего не известно о причинах его неожиданного визита. Почему он вдруг объявился здесь, как гром среди ясного неба? Неужели и правда просто проезжал мимо, или за его словами кроется нечто большее?

— Итак, Мак из Глэкена, — усмехается она, — не хотите ли чаю?

— Мне бы не хотелось причинять вам лишние неудобства, — вежливо отказывается он.

— Что вы, нас это совсем не затруднит. Я как раз шла ставить чайник, так что вы очень вовремя. Что вам подать к чаю?

— Что ж, раз вы так уверены, с удовольствием приму ваше предложение, — улыбается он. — Достаточно будет молока, спасибо.

— Коко?

— Разумеется, я тоже присоединюсь, — отвечаю я. Хотя пить совсем не хочется, я что-то совсем разнервничалась. Рут заговорщицки поглядывает на меня и исчезает в кухне, оставив нас с Маком наедине.

— Какой у вас отличный сервис, — усмехается он. — Вы каждого своего посетителя угощаете чаем?

— Если честно, то нет, — признаюсь я.

Ему прекрасно удается болтать о пустяках, но я по-прежнему не знаю, что привело его в наш дом. И я решаю взять все в свои руки:

— Так ты просто мимо проезжал?

— Да. Были дела неподалеку, и тут я вспомнил о твоем антикварном магазинчике и подумал, что неплохо бы к тебе заглянуть. Ты ведь тогда просто испарилась.

— Ох, извини, пожалуйста. Мне нужно было срочно уехать, — объясняю я, предпочитая не распространяться о причинах своего поспешного побега.

— Я так и понял, — одаривает он меня очередной сияющей улыбкой. — Рад сообщить, что тот щенок быстро идет на поправку.

Я тут же вспоминаю то крошечное существо, которое выбросили из машины на полном ходу.

— Я так рада! Он такой милый.

Возникает пауза, мы молча смотрим друг на друга.

— Есть какие-нибудь новости о той истории с письмом? — спрашивает он.

— Нет. Если честно, у меня совсем не было времени, — отвечаю я, вдруг чувствуя себя крайне неловко.

— Почему же?

— Была занята, — с этими словами я делаю рукой неопределенный жест в сторону прилавка. — Кроме того, как ты знаешь, я зашла в тупик…

— Я думаю, ты правильно поступила, начав распутывать эту историю.

— Спасибо, — неопределенно благодарю я.

— Я мог бы помочь.

Он отворачивается от меня и выглядывает на улицу через витрину. Я прослеживаю за его взглядом и вижу, как Карл вытирает доску специальных предложений, стоящую у входа в мясную лавку, и что-то медленно на ней выводит. О, предложение дня — куриное филе, три по цене двух. Мне приходится собрать в кулак всю свою силу воли, чтобы не наброситься на Мака с расспросами: пока что он просто предложил свою помощь.

— А вот и чай! — На пороге появляется Рут с подносом в руках. — Я принесла еще и печенье, на случай, если кто-то проголодался.

— Спасибо, — улыбается ей Мак. — Если честно, я умираю с голоду, сегодня еще не завтракал.

Рут осуждающе хмурится: для нее отправиться куда-то, сытно не позавтракав, смертному греху подобно.