Сара Груэн - Время перемен

– Мне хорошо известны все этапы горестных переживаний, – перебиваю я, – прошлым летом я похоронила отца.

– Простите, Аннемари, я не знала.

– Ничего страшного.

Неловкое молчание затягивается, и наконец Сандра решается его нарушить:

– В таком случае, вы знаете, что существуют некоторые бытовые вопросы, которые необходимо решать, даже если очень не хочется. Сегодня утром я навела справки о родственниках Сони и боюсь, не нашла ничего утешительного.

– Что вы имеете в виду?

– Соня – единственный ребенок женщины, на арест которой был выдан ордер еще четырнадцать лет назад. По некоторым сведениям, она сейчас находится в Аргентине. В любом случае, вряд ли стоит принимать ее во внимание.

– А отец Сони? – Я не могу прийти в себя от потрясения.

– В свидетельстве о рождении написано: отец неизвестен. Мать Сони жила с разными мужчинами, но состояла в браке только с последним. Потом они развелись. Сегодня я говорила с этим человеком.

– И что он сказал?

Поджав губы, Сандра устремляет взгляд на стол:

– Прежде всего он поинтересовался, имеет ли право претендовать на часть недвижимости, принадлежащей покойной. А потом заволновался, как бы его не одурачили и не заставили принять участие в расходах на погребение.

– Вы серьезно? – В недоумении смотрю на Сандру.

– Серьезнее некуда, – кивает она.

– Значит, я должна взять на себя заботу о похоронах их обоих? – Только сейчас до меня доходит смысл сказанных Сандрой слов.

– Вы не обязаны этого делать, – мягко возражает Сандра. – Но если вы решите заняться похоронами, полагаю, возражений не последует.

– Вот как. – Чувствую себя так, будто мне пронзили глаз острым предметом. Уронив голову на руки, размышляю, как пережить несколько последующих дней.

– Еще раз примите мои соболезнования, Аннемари. Я окажу любую возможную помощь.

– А что говорится в завещаниях? Что станет с Джереми?

– В завещаниях? – Сандра заметно оживляется. – Думаете, завещания существуют?

– Не сомневаюсь. Заявляю это с полной уверенностью. Ведь Роджер – юрист. – Я на мгновение задумываюсь и уже менее твердым тоном снова спрашиваю: – А что будет с Джереми?

– Именно этот вопрос я сегодня и пытаюсь решить.

– Что подразумевается под словом «решить»?

– Малыш фактически здоров, и его можно выписывать из больницы. И если существуют завещания…

– Я же сказала: они, несомненно, есть.

– …и если в них названы имена опекунов, это сильно упрощает дело.

– А если нет?

– В таком случае придется вести переговоры о перевозке Джереми обратно в Миннесоту.

– Почему в Миннесоту?

– Потому что его случай подпадает под юрисдикцию местного Департамента по оказанию помощи детям и семьям.

– Не хотите же вы сказать, что малыша отдадут на попечение приемным родителям?

– Если в завещании не указано иначе…

– Да черт с ним, с завещанием! Я сама заберу Джереми! – Чувствую, что теряю самообладание и поддаюсь панике. Становится страшно за младенца, чья пушистая головка совсем недавно прижималась к моей груди.

– Аннемари, это не так просто.

– А по-моему, проще не бывает. Мы – семья Джереми, и хотим взять его к себе.

– Нет, так не делается. Мы не можем раздавать детей первому встречному…

– Мы не первые встречные, а его родственники!

– С точки зрения закона, родственницей Джереми является только Ева. А вы – нет. Но Ева не достигла совершеннолетия и не может стать опекуном брата, – вздыхает Сандра. – Однако если ваше намерение в отношении Джереми серьезно, могу помочь в получении необходимых документов, позволяющих стать приемными родителями.

– Ну, слава богу! – немного успокаиваюсь я.

– Но вы, разумеется, понимаете, что нельзя вот так просто забрать из больницы ребенка и уехать с ним.

– Почему?

– Даже если мы начнем процедуру оформления завтра, на ваше обучение, проверку и получение документов уйдет от четырех месяцев до полугода.

Я как ужаленная подскакиваю на стуле.

– От четырех месяцев до полугода! Но это же полное безумие! – Возмущению нет предела.

– Ева, безусловно, получит право навещать брата.

– Гениальная мысль! Особенно если учесть, что Джереми живет в Миннесоте, а его сестра в Нью-Гемпшире!

– Простите, Аннемари, но законы утверждаю не я.

Сижу, как громом пораженная, и в ужасе смотрю на невозмутимое лицо Сандры. Спорить с ней бесполезно.

– Разумеется, вы не виноваты, – признаю я. – Значит, Джереми, несмотря ни на что, передадут на несколько месяцев в приемную семью?