Эрика Косачевская - Ночь Патриарха

У Васьки нет ни привычки, ни охоты к труду, к обретению знаний. К тому же он — законченный пьяница. Как только Патриарха не станет, эти шакалы-соратники его тут же сожрут, выместив на нём все унижения, которые перенесли от отца. И откуда у сына такая огромная тяга к алкоголю? Грузины любят выпить, но предпочитают вино, и не имеют привычки наливаться водкой до потери человеческого облика. Это всё русско-цыганская наследственность от этой предательницы Надьки.

А как всё хорошо начиналось, когда он, вопреки возражениям её родителей, взял с собой на Царицынский фронт в качестве секретаря семнадцатилетнюю Наденьку Аллилуеву — дочь его старинных ещё по Тифлису друзей, с которыми его и Серго Орджоникидзе познакомил когда-то Авель Енукидзе. В их доме после того, как Аллилуевы перебрались в Питер, много раз Патриарх нелегально жил после побегов из ссылки. Наденька с детства была почтительно влюблена в него, Кобу — романтического героя-революционера, смелого, решительного, немногословного! Кроме того, она ему обязана жизнью, когда ещё ребенком тонула в Куре и Патриарх, сам боящийся воды, тогда её спас.

Когда он вернулся из последней ссылки в Петроград, девочка из гадкого утёнка превратилась в стройную красавицу с роскошной каштановой косой, перевязанной на затылке большим белым бантом. И это решило всё дело — вождь тогда влюбился, как мальчишка. Наконец, он встретил женщину своей мечты.

Как они были счастливы в тесном, душном купе бронепоезда, каждый день оба рискуя жизнью! Он открыл Наденьке неизвестный ей до тех пор мир чувственных наслаждений, используя опыт, полученный им в салонах Бакинских и Тифлисских жриц любви во времена его буйной юности. Патриарх показал себя неутомимым любовником. Они были счастливы, несмотря на Троцкого, с которым у него происходили постоянные стычки. (Патриарх именно тогда окончательно на всю жизнь возненавидел Троцкого после того, как тот имел наглость орать на него и, не стесняясь в выражениях, оскорблять в присутствии влюблённой Наденьки.)

Куда всё делось? Из кроткой, любящей девочки Надежда превратилась в требовательную жену. Она постоянно донимала его, борясь с его привычкой до неприличия занашивать вещи, пытаясь приучить его регулярно мыться, менять бельё и носки. А он, как мог, сопротивлялся ей. Матери было всё равно, как он одет и умыт, и у него, выросшего в хибаре без всяких удобств, где вода покупалась у водовозов за деньги и всегда была дефицитом, не было привычки следить за собой. Кроме того, он всю жизнь не любил и боялся воды. Ещё в детстве он избегал вместе с другими мальчишками купаться летом в Куре, поскольку стеснялся своей шестипалой стопы со сросшимися пальцами.

Он слышал от Надежды постоянные упрёки в излишних подозрительности и жестокости, она всё время не оставляла попыток защитить от него кого-нибудь из общественных деятелей или просто знакомых. Особенно её напоры усилились, когда она поступила учиться в Промакадемию и наслышалась там всяких нежелательных разговоров. Он распорядился выявить и арестовать этих говорунов, и это только усилило их недовольство друг другом.

Патриарх стал больше ценить восточных женщин, которые знали своё место и не понимали, что значит выражение «женская эмансипация». Он пожалел, что «раскрепощение женщины» было частью революционной программы большевиков. По его мнению, жёны его соратников распустились донельзя.

Натиски жены его раздражали всё больше: он срывался, кричал. Когда он приобрёл неограниченную власть, им, как мужчиной, стали интересоваться женщины — известные балерины, певицы. Хотя он и понимал, что эти продажные сучки ради карьеры, квартиры или престижных гастролей лягут под кого угодно, Патриарх не скрывал от жены, что пользуется у них успехом, и даже дразнил её этим. Надежда ревновала. Её, полученный в наследство от прабабки взрывчатый цыганский характер давал о себе знать. Они часто бурно ссорились, он ей грубил. И однажды, после того, как он нахамил ей публично во время праздничного застолья в честь годовщины победы «Великой октябрьской социалистической революции», она покончила с собой — выстрелила себе в грудь из подаренного мужем сестры Реденсом маленького дамского пистолета. Надежда предала его, оставив без тыла, один на один с этой подлой действительностью. А ведь Патриарх, несмотря ни на что, любил её.

С тех пор он ненавидит Октябрьские праздники и предпочитает на это время уезжать отдыхать на юг.