М. Роуз - Парфюмер Будды

Вдох. Почувствуй запахи. Определи ароматы воздуха.

Мел.

Одна ступень.

Грязь.

Другая ступень.

Когда она преодолела первую дюжину ступеней, Гриффин продолжил спуск.

– Я добрался до дна! – крикнул он. Голос его отозвался эхом и показался пустым, почти нечеловеческим.

Жас пробила дрожь. Она посмотрела вниз. Его фонарь осветил пространство не больше кабины лифта. Жас плохо чувствовала расстояние и удивилась, как он далеко.

– Сколько здесь ступеней?

– Семьдесят пять.

А сколько прошла она? Ступени она не считала. Семьдесят пять – это казалось невозможным.

– Ты уже спустилась на сорок пять ступеней! – крикнул он, словно прочитав ее мысли.

– Тридцать пять.

Глина.

– Тридцать четыре.

Пыль.

– Здесь внизу ужасно грязно. Будь осторожна, когда спустишься, – сказал Гриффин, когда она добралась до восьмой ступени.

Взмокшая от пота, с бешено колотившимся сердцем, Жас ступила на землю и огляделась. Площадка была шириной футов пять, повсюду камень. Она принюхалась, стараясь отыскать Аромат Верности.

Никаких следов.

– Думаю, нам туда, – Гриффин указал на узкий проем. Жас присмотрелась. Проход был всего два фута шириной.

– Больше похоже на щель. Ты уверен?

– Других проходов нет, только наверх. Я пойду первым.

Через три секунды он позвал ее.

– Здесь нормально. Только будь осторожна. Камень на стенах очень шершавый.

Жас пролезла в щель, за которой начинался тоннель, слишком узкий, настолько узкий, что можно было идти только следом друг за другом. Поэтому Гриффин шел первым, она следом. Несколько раз им приходилось пробираться боком, царапая носы о шершавый камень.

Тишина была полная и невыносимая. Не слышно было никаких звуков, кроме их шагов и дыхания Гриффина. Жас не помнила, чтобы прежде бывала в таком тихом месте. Но здесь было неспокойно. Мир над ними мог исчезнуть, а они бы и не узнали об этом.

Ярдов через сто они набрели на древние каменные ступени, ведущие в небольшое помещение, потолок которого поднимался футов на десять. Затем еще две ступени вниз, в продолжение тоннеля, такое же узкое, но наполненное водой, которая, казалось, доходила ей выше ботинок.

– Рискнешь?

Вода была холодная, ботинки скользили по грязи. Через несколько шагов ее джинсы промокли почти до колен. В конце тоннеля появился сводчатый проход. Гриффин направил фонарь своего шлема на стену. И они увидели полустертую надпись, написанную от руки. Казалось, ей лет пятьдесят.

– Что здесь написано? – спросил он.

Переведя текст, Жас прочла его вслух: «Верный путь часто самый трудный».

– Интересно, мог ли это написать Робби и состарить его? Это его почерк?

– Нет… но… – Она представила флаконы в мастерской. – Это мог написать мой дедушка.

– Стало быть, нет никаких отклонений, и мы на верном пути из центра вашего семейного лабиринта. Если твой дед водил сюда Робби, значит, они здесь проходили. Ты готова идти дальше?

– Я в порядке.

– Твоего деда когда-нибудь награждали?

– Награждали?

– Французское правительство наградило его после войны?

– Если такое и произошло, то я об этом никогда не слышала. Он мало рассказывал о своей военной жизни. Всего несколько историй про то, как прятал людей в этих тоннелях.

– Значит, ты не знала, что он герой?

В вопросе Гриффина прозвучал подтекст, но Жас его не поняла.

– Бабушка говорила, что он герой. Но дедушка не любил, когда она об этом упоминала. Почему?

– Ты всегда ищешь героев. Я подумал, не выросла ли ты с одним из них.

В какой-то момент у нее промелькнуло понимание: это что-то важное, но теперь не время разбираться. Перед ними был подъем. Пять ступеней вели в тоннель с таким низким потолком, что им пришлось ползти на четвереньках. К счастью, они были в перчатках, иначе содрали бы кожу на ладонях до костей. Через восемь футов тоннель закончился, но не ступенями, а каменным спуском.

– Куда он ведет? – Жас услышала дрожь в собственном голосе.

– Откуда нам знать.

– Нельзя же туда.

– Выбора нет.

Впервые после звонка Марше к ней в Нью-Йорк Жас прокляла Робби.

– Я пойду первым, – сказал Гриффин, забравшись в дыру.

– Я думала, что это предрешено.

– Тоннель небольшой… – пока Гриффин лез все глубже, голос его становился тише. – А потом спуск.

Жас услышала всплеск.

– Ты в порядке? – крикнула она.

Голос его донесся откуда-то издалека. Спустившись в подземелье, они впервые оказались так далеко друг от друга.