Джиллиан Ларкин - Стервы

Лоррен недовольно нахмурилась.

— Глория, мы ведь вчера ходили с тобой после уроков в библиотеку, помнишь? Разве что бассейн оук-лейнского загородного клуба вдруг стал открыт после пяти вечера — впервые с тех пор, как президентом был еще Рузвельт [29] Имеется в виду Теодор Рузвельт (1858–1919), республиканец, 26-й президент США (1901–1909). К описываемому времени после его отставки прошло больше 13 лет. . — И тут ее посетила мысль, которая преследовала Лоррен в ночных кошмарах. — У вас… у вас что, роман?

— Нет! — хором вскричали Глория с Маркусом.

— Это было бы все равно, что назначать свидания родному брату , — с ужасом выговорила Глория.

Франсуа издал смешок, напоминавший кудахтанье курицы.

— Думаю, я не дольжен мешать этому ménage à trois, non [30] Любовному треугольнику, верно? ( фр .). ? — И удалился легким шагом.

Лоррен уселась в соседнее вращающееся кресло.

— Колись! — скомандовала она. — Я должна знать всю правду.

— Хорошо, — ответила Глория, протягивая ей мизинец. — Но сначала ты должна поклясться, что никому не разболтаешь.

— Что же, — простонала Лоррен, — мы так и будем давать клятвы всякий раз, даже когда ты выйдешь замуж? — Она переплела свой мизинец с пальчиком Глории и поцеловала кончик. — Ладно, клянусь.

— Так вот, ты же знаешь, что «помогать» мне приезжает кузина — эта гениальная идея пришла в голову моей маме. Совершенно неотесанная деревенщина — то есть ни разу никуда не выезжала за пределы своего поселка в самой глуши Пенсильвании. Недавно я слышала, что она мечтает стать школьной учительницей. А может, даже монахиней .

— Монашкой, которая преподает в школе! — воскликнул Маркус. — Вот кошмар!

— Когда она приезжала к нам в последний раз, то почти ничего и не делала, только читала все время «Происхождение видов» Дарвина, — рассказывала дальше Глория. — Мы честно старались хоть вытащить ее с нами в кино, но она сказала, что ей этого не позволяют, потому что — вы вдумайтесь! — Глория округлила глаза, — ее родители считают кинематограф безнравственным !

Тут вся троица расхохоталась так громко, что один старичок, сидевший недалеко от входа в парикмахерскую, сделал им замечание:

— Эй, вы там! Можно потише?

Лоррен смутилась.

— Но какое отношение все это имеет к тому, что на пальце у тебя нет кольца? — Ей уже надоело быть пятым колесом в телеге Глории с Маркусом.

— Потому что, — медленно проговорила Глория, — вчера вечером у меня была последняя возможность развлечься, пока не приехала эта монашка, и я…

— Мы улизнули под покровом темноты и бесстрашно направили свои стопы в порочный большой город, а там пошли в «Зеленую мельницу»…

— А она, как выяснилось, вовсе и не зеленая. Единственное, что в ней было зеленого…

— Это наша дорогая мисс Кармоди, и не только оттого, что она не научилась еще обращаться с крепкими напитками. — Маркус сделал страшное лицо. — Мужчины так и падали к ее ногам. В буквальном смысле. Но каждый из них по очереди разбивался о прибрежные камни — в данном случае, о тот единственный камень, который украшал ее пальчик.

— Поэтому-то мне и пришлось снять кольцо! — завершила рассказ Глория, тихонько хлопнув в ладоши. — Не то чтобы меня интересовали другие мужчины, но…

— Прошу прощения. Помолчи минутку. — Лоррен даже не знала, с какого вопроса ей начать. Лучшая подруга не просто пошла в «Зеленую мельницу» без нее — она пошла туда с Маркусом! Лоррен вдруг захотелось повыдергать из Глории всю новую прическу, волосок за волоском.

Однако рядом был Маркус, а Лоррен хотелось, чтобы он считал ее… милой. Поэтому она мило улыбнулась и спросила:

— Меня что интересует: ты вошла в «Зеленую мельницу» одетой так… так, как всегда одеваешься?

— Тебе удивительно, как ее вообще туда впустили, — уточнил Маркус, приглаживая волосы. — Несомненно, потому, что рядом с ней был дьявольски привлекательный парень.

— Вот еще! — возразила Глория. — Но как бы там ни было, я действительно испытала унижение. Вид у меня был как у самой настоящей пуританки. Вот теперь и приходится все спешно переделывать, чтобы в следующий раз я могла показаться там по-настоящему. Гордо вскинув голову. Ах да, конечно — ты тоже можешь с нами пойти.

— Нельзя забывать и о Простушке Кларе, — добавил Маркус.

Глория презрительно фыркнула.

— Да она навеки сбежит в монастырь, если мы при ней даже заговорим о «Зеленой мельнице», не то чтобы зайти в этот бар!