– А как эти цветы называются? – спросила она. Клыч не знал.
– Мальвы.
Несколько лиловых и синих мальв цвело у края стены.
– Мальвы, – повторила Мария Павловна. – Наверно, есть и туркменское слово.
Вышел председатель.
Он был в синем костюме, с орденом Ленина на груди, в папахе, высокий, бритый, старый, гордый. Он посмотрел издали на коня, сразу пошел туда и начал что-то поправлять, стоя против головы коня. Клыч думал, что сейчас они и поедут. Но председатель пошел по дорожке между строениями и остановился возле мастерской. Бородатый мастер, занятый паянием у порога, встал. От его щипцов поднимался дрожащий пар, и, глядя в том направлении, Клыч видел поля и даль, как бы текущими сверху.
– Он помнит меня мальчиком, – сказал Клыч. Ему очень хотелось рассказать Марии Павловне о том, как председатель пришел слушать Клыча, когда он защищал диссертацию. Но он не стал рассказывать, так как она могла подумать, что он хвастался своей ученой степенью кандидата исторических наук.
Председатель вернулся. Они сели на арбу, председатель взял вожжи.
– Якши! – сказал мальчик.
И Мария Павловна сказала:
– Якши!
Клыч спросил:
– Поправится мама?
– Поправится, приезжайте.
– Якши!
– Якши!
Они тронулись, и мальчик отошел в сторону и смотрел с таким видом, точно хотел проверить, правильно ли отъезжают.
Оба молчали. Клыч и председатель. На мосту конь убавил ходу, потом они выехали на прямую дорогу.
То и дело встречались проезжие и прохожие. Шли поодиночке и группами.
Солнце освещало их красочные одежды, отягощенные пылью и сохнущим потом. Они проходили с веселым говором, и были видны их крепкие пальцы на рукоятях инструментов. Люди шли побеждать пустыню. Растущие очертания новой мощной стройки виднелись вдали, среди отблесков огня и солнца. Скоро там заиграют отблески воды, которая так нужна туркменам.
Вся дорога жила этим движением идущих на работу и возвращающихся с работы людей. Их брат в золотой одежде воина лежал в могиле, которую выкопали для него боевые товарищи.
– Я знаю, что я должен сделать, Берды! – беззвучно произнес Клыч.
И человек, которого он уважал больше всех знакомых ему людей, старый крестьянин, державший в руках вожжи, строгий наставник и друг, услышал его мысли.
– Ты должен написать историю туркмен, – сказал председатель.
Он смотрел вдаль на дорогу.
– Пусть это будет книга о славе, к которой привели нас русские братья.
1948
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу