Кен Фоллетт - Галки

Возможно, думал Дитер, не все еще потеряно.

Когда они вернулись в шато, Дитер наткнулся в коридоре на Вебера.

— Ну что, вы его потеряли? — пристально глядя на него, сказал Вебер.

Шакал почувствовал запах крови, подумал Дитер.

— Да, — признал он. Лгать Веберу было ниже его достоинства.

— Ха! — Вебер торжествовал. — Такую работу надо предоставлять профессионалам.

— Отлично, я так и сделаю, — сказал Дитер. Вебер явно удивился. — В восемь вечера он должен передать радиограмму в Англию, — продолжал Дитер. — У тебя есть шанс доказать свой профессионализм. Покажи, какой ты хороший — выследи его.

Большой паб «Приют охотника» возвышался на берегу словно форт, дымоходы напоминали пушечные башни, закопченные окна — смотровые щели. Выцветший знак в палисаднике предупреждал клиентов о том, что надо держаться подальше от пляжа, который в 1940 году заминировали, опасаясь германского вторжения.

С тех пор как поблизости разместился объект УСО, паб каждый вечер становился весьма оживленным — из-за светомаскировочных штор сверкали огни, гремело пианино, в барах было полно посетителей, теплыми летними вечерами выходивших в сад. Здесь громко пели, много пили и тискались, не слишком обращая внимание на приличия. Царила атмосфера вседозволенности, так как все знали, что молодые люди, которые сейчас весело смеются в баре, завтра отправятся на задания, с которых могут уже не вернуться.

Флик и Пол повели свою группу в паб в конце двухдневного курса обучения. Девушки разоделись как на пикник.

В своем летнем платье Мод была красива как никогда. Руби вряд ли могла выглядеть красивой, но в черном коротком платье, которое она невесть где достала, выглядела весьма распутно. Дениза надела серовато-белое платье, которое, судя по его виду, стоило целое состояние, но нисколько не помогало ее худой фигуре. На Грете было одно из ее сценических платьев и красные туфли. Даже Диана вместо обычных деревенских вельветовых штанов надела модную юбку и, к изумлению Флик, накрасила губы губной помадой.

Группе присвоили кодовое наименование «Галки». Они должны были выброситься на парашютах возле Реймса, и Флик сразу вспомнила легенду о Реймсской галке — птице, которая украла кольцо у епископа.

— Монахи не могли догадаться, кто его взял, и епископ проклял неизвестного вора, — объяснила она Полу, когда они пили виски — она с водой, он со льдом. — Не успели они оглянуться, как галка появилась вся грязная и жалкая, и монахи поняли, что это она совершила преступление и теперь страдает от проклятия. В школе я все это учила:

Естественно, кольцо нашли в ее гнезде.

Пол, улыбаясь, кивнул. Флик понимала, что точно так же он будет кивать и улыбаться, если она будет говорить на исландском языке. Его не интересовало, что именно она говорит, ему просто хотелось на нее смотреть. Большого опыта в этом деле у нее не было, но она знала, когда мужчина влюблен, и Пол был в нее влюблен.

Весь день она провела словно на автопилоте. Вчерашние поцелуи ее потрясли и взволновали. Флик твердила себе, что ей не нужна тайная связь, она хочет вернуть себе любовь неверного мужа. Но страсть Пола изменила ее приоритеты. Она с гневом спрашивала себя, почему она должна терпеливо дожидаться расположения Мишеля, когда такой мужчина, как Пол, готов броситься к ее ногам. Он едва не уложил ее в постель — собственно, она даже сожалела, что он оказался таким джентльменом, так как если бы он проигнорировал ее отказ и залез под простыню, она бы, наверное, уступила.

В другие моменты она стыдилась даже того, что с ним целовалась. Это было слишком банально — по всей Англии девушки забывали о находившихся на передовой мужьях и любовниках и влюблялись в американских солдат. Неужели она такая же, как эти безмозглые продавщицы, которые ложатся в постель с янки только потому, что те разговаривают как кинозвезды?