Лю Цзяньвэй - Прорыв

Телеграмма с запросом инструкций из первого полка была передана офицером секретного штаба в руки комиссару дивизии «А» Лю Дунсюю. Командир дивизии Хуан Синъань как раз, стоя перед картой, изучал позиции обеих армий. Вообще-то дивизия «А», как передовая дивизия, два года назад была оснащена системой автоматизированного управления, но поскольку эта система была уникальна среди дивизий во всём военном округе, её сложно было пустить в ход. Да и командование дивизий и полков, привыкшее к картам, не нашло ей полноценного применения. Разобравшись с простыми операциями, Хуан Синъань почувствовал, что командовать с помощью компьютера не так легко и приятно, как с помощью карты, да ещё эта система управления требовала базовых знаний в нескольких отраслях, и Хуан Синъань больше к ней не возвращался. Он так несокрушимо и безгранично восхищался Мао Цзедуном, командовавшим с помощью карт, и непрестанно говорил о том, насколько важна личная инициатива людей, и что решимостью человек совладает даже с природой. Действия командира дивизии незаметно влияли на восприятие войны командирами всех рангов дивизии «А». И в ходе этих регулярных учений автоматизированная система управления дивизии «А» простаивала повсюду, а каждый командный пункт был увешан всевозможными картами. Учения шли строго по плану, установленному в штабе, Хуан Синъань с утра до вечера проводил в оперативном отделе перед огромной картой, вспоминая тех вершителей судеб, которые создали чудеса войны. Хуан Синъань, который три года назад прочно закрепился на посту командира дивизии «А» и теперь столкнулся с уходом Фан Инда в отставку, понял, что лучшая политика – это надёжность. Он считал, что если на этих учениях ничего не произойдёт, то когда он займёт пост высшего командования – лишь вопрос времени.

Прочтя телеграмму, комиссар дивизии Лю Дунсюй воодушевился так, как не воодушевлялся с самого начала учений. За каких-то полгода он прошёл путь от помощника секретаря отдела пропаганды до комиссара дивизии «А», и эти учения были для него первыми. За двадцать с лишним лет работы в политаппарате он набрался опыта и осторожности, и только-только войдя в роль комиссара «красных», почувствовал себя на сцене. В душе он сомневался в эффективности учений, но ни словом об этом не обмолвился, опасаясь быть принятым за профана. В последние дни его глаза и мозг не знали ни минуты отдыха – он смотрел, думал, колебался и несколько раз чуть не дал волю чувствам. Прочтя телеграмму Фань Инмина, Люн Дунсюй в тот же миг решил, что и это своего рода сомнение в эффективности учений, и в душе уже уселся в одну лодку с Фань Инмином.

Лю Дунсюй щёлкнул пальцем по телеграмме и пошёл к Хуан Синъаню.

Командир Хуан, – заговорил он на ходу, – пришла телеграмма из первого полка, запрашивают преждевременное генеральное наступление. Я думаю, это хорошая мысль, ведь у войска нет неизменных принципов, у воды нет неизменной формы.

Хуан Синъань взял телеграмму и внимательно её прочитал, затем красным карандашом провёл линию под словами «первый полк выполнит самостоятельно». И, подняв голову, улыбнулся.

Комиссар Лю, часто ли ты в своей окружной конторе бывал на масштабных учениях?

Лю Дунсюй тоже улыбнулся и поправил дужку очков.

Совсем не часто и то просто глазел. Конечно, решение за вами, но просто в мыслях командира Фаня есть резон. Может, не нужно сразу отказывать?

Хуан Синъань жизнерадостно рассмеялся.

Комиссар Лю, комиссар Лю, мы с тобой уже больше полугода помощник командира отделения и командир отделения, а ты всё ещё не понял, что я за человек? Люди гибнут не только на войне, но и на плохо организованных учениях. Цель этих учений – посмотреть, насколько прочны основные навыки дивизии уровня «Альфа», а Фань Инмин считает, что, если он бросится на «синих» без предупреждения, то не разобьёт несколько сотен голов.

Лю Дунсюй никак не сдавался.

Ведь на учениях нет боевых патронов, ничего не случится, – вырвалось у него.

Хуан Синъань снова указал красным карандашом на бумагу.

В общем-то, верно. Фань Инмин не бахвалится: если первый полк рванёт вперёд, то просто разгромит полк Чан Шаолэ. Могу с тобой поспорить, если сегодня вечером без предупреждения подтянется усиленный батальон, то и он может разобраться с

«синими».

Как же так? – изумился Лю Дунсюй. – На этот раз у дивизии «С» наш усиленный батальон. В начале учений было потеряно всего две полуроты. Усиленный батальон им не по зубам.