Бодо Узе - Лейтенант Бертрам

Керстен видел, как Йост втянул голову в плечи.

В комнате несколько посветлело, дождь перестал, и выглянуло солнце.

— Этот человек был государственным преступником! — выдавил из себя Йост.

— Вот именно, мне потом сказали, — безразличным тоном подтвердил врач. — Но ваша жена, и это я хорошо помню, заклинала вас не губить этого человека. Она сказала: «Я его любила».

Йост, мертвенно-бледный, встал с кресла и подошел к окну. Ему показалось, что в соседней комнате кто-то кашлянул, но он не обратил на это внимания.

Керстен продолжал:

— Мне все стало ясно. Сразу после этого мне в руки случайно попал пациент, которым интересовался советник уголовной полиции Вилле. Мы все втроем встретились в коридоре, помните? Речь шла о дознании, искали именно этого человека, Хайна Зоммерванда.

— Мне хотелось бы задать вам еще один вопрос, — не оборачиваясь, просительно проговорил Йост. — Эти, не знаю, как и сказать, эти бредовые фантазии моей жены никому больше не известны?

Йост обеими руками сжал металлическую оконную ручку и ждал ответа. Керстен не спешил. Он встал и подошел вплотную к Йосту.

— Послушайте, — сказал он тихо, — я не доносчик.

И тут же вернулся на свое место, как будто ему мучительно было видеть, какое впечатление его слова произвели на Йоста.

— Благодарю вас, — с усилием ответил Йост. Он взял со стола свою фуражку и перчатки. Сделал он это поспешно, стремясь избавиться от унизительной для него близости врача.

Но Керстен удержал его неожиданно энергичным жестом.

— Я вынужден просить вас об одной любезности, — воскликнул он и при этом улыбнулся. — Вы явились поистине как ангел спасения. Вы должны помочь мне в лечении одной из моих пациенток. Вы ведь знаете дочь помещика Пёльнитца, эту маленькую, немного неуклюжую Труду? Она серьезно больна. Ее жених — лейтенант Завильский. Не знаете ли вы, когда этот лейтенант вернется из Испании?

— Но вы даже не имеете права знать, что Завильский в Испании! — Йост вырвался из рук Керстена.

— Ах, такие сведения недолго остаются в тайне, — насмешливо произнес доктор Керстен. — А кроме того, я умею хранить тайны.

Врач стоял перед Йостом с опущенными плечами, голову склонив немного набок. Он сказал:

— Так или иначе, но моя пациентка знает, что происходит. А от нее знаю я. Теперь она дрожит за своего жениха, а в том критическом положении, в котором она находится, это очень вредно. Тут действительно речь идет о жизни и смерти. Лекарства не всегда могут помочь, но если бы я мог ей сказать: детка, твой жених скоро приедет, он уже в дороге… Конечно, чем определеннее я сказал бы, тем лучше…

Открытым, невозмутимым, взглядом Керстен смотрел Йосту в глаза.

— Помогите же мне, — дружелюбно попросил он, так как Йост все еще молчал, — случай, как говорится, очень серьезный, дело, повторяю, идет о жизни и смерти.

— Но я действительно не имею понятия, о чем вы тут говорите! — поспешил его заверить Йост. — Лейтенант Завильский сейчас на учениях.

— Что до меня, пусть это называется учениями. Дело не в названии. — Голос доктора Керстена звучал все настойчивое. — Скажите мне только, когда он вернется.

— Месяца эдак через два, — глухо проговорил Йост, не сводя глаз со своих перчаток и фуражки.

— Два месяца? Но это же страшно долго! — воскликнул Керстен и спросил: — Но это точно, что тогда его уже отпустят?

Йост молча кивнул и, опустив голову, прошел мимо Керстена. Тот распахнул перед ним дверь:

— До свидания, господин подполковник. Хайль Гитлер! — крикнул он на прощание.

Закрыв дверь за Йостом, он бросился в свой кабинет. Не обращая внимания на мужчину, сидевшего в углу в кресле, Керстен сразу подошел к шкафу с медикаментами. Нашел там какой-то пузырек и сунул его в руки мужчине.

— Вот, это средство от кашля, прими! — распорядился он. — Ты так лаял, что чуть не втравил нас в хорошенькую историю.

Незнакомец засмеялся и спрятал пузырек в карман.

— Только давай побыстрее, — напомнил он, — мне надо спешить, а то опоздаю на паром.

— Все готово, я должен только добавить еще несколько строк, — отвечал Керстен, уже сидя за письменным столом, и вскоре встал, чтобы вручить незнакомцу письмо, без адреса на конверте.

— Адрес ты знаешь, — сказал он. — В Стокгольме сразу же его отправь. Оно уже через два дня может быть в Мадриде. Счастливо тебе!

Незнакомец улыбнулся.

— Не беспокойся! — сказал он. — Не беспокойся.

Доктор Керстен был не единственным в маленьком городе, кто таким тайным способом отправлял письма в Испанию. Альмут Зибенрот тоже посылала письма в страну, о которой капитан Бауридль так интересно рассказывал ей когда-то на балу. Но ни она, ни Труда Пёльнитц, хворая помещичья дочка, не доверяли своих писем каким-то неизвестным торговцам мехами, что по своим торговым делам курсировали между Германией и Швецией. Они отправляли свои письма с особой пометкой на адрес военного министерства в Берлин, откуда их пересылали дальше, адресатам.