Валерий Киселёв - Разведбат

Олег Шустов, старший техник 2-й разведроты, прапорщик:

— Убитых через несколько дней привезли, без голов. Один был без ноги, да ещё с отрезанной головой. По белым кроссовкам узнал Яскевича. Знал его хорошо. Курбаналиев, Адамов — это были мои механики-водители. Они сгорели полностью. Кости их выгребал из БМП, сложил в ящики, бирку положил, написал крупно фамилии. Отвез ящики с ними в медбат…

Из письма мамы Владимира Седова:

…Муж мой, отец Володи, ушел из жизни следом за Володей, не выдержало сердце потерю сына, а я вот держусь, т. к. у Володи остались дети — сын и дочь, чем могу им помогаю, без них моя жизнь не имела бы никакого смысла.

… К сожалению, письма Володя не успел никому написать. Мы не получили от него ни одного письма.

Немного напишу о нем. Родился Володя 10 ноября 1968 года. Рос и жил как все мальчишки, его сверстники, ничем особенно не выделялся, правда — никогда малышей не обижал. Учился средне, но учителя всегда отзывались о нём хорошо. Он был исполнительным мальчиком и за это его любили. Окончил школу и ГПТУ на водителя автокрана. Когда получил свою первую трудовую зарплату, купил мне часы. Какое я испытывала чувство радости и гордости за него! Он любил нас и всегда по возможности делал что-нибудь приятное.

Был честным, справедливым, друзья Володю уважали. Служил в рядах Советской Армии в Германии. Никогда не был трусом. Потом женился, очень любил своих детей Сашу и Надю, привил сыну любовь к хоккею и спорту.

Когда мы его провожали в армию, Володя сказал: «Мама, вам за меня краснеть не придётся». Он хотел стать военным, говорил, всё будет хорошо, после войны посвящу себя военной жизни.

Я горжусь своим сыном, он с честью выполнил свой долг.

Из письма вдовы Владимира Седова Беллы Анатольевны:

…С Володей мы познакомились, когда он пришёл из армии. Служил он в Германии, в мотострелковой дивизии. Мы поженились, через два года родился сын Александр. Первые годы совместной жизни были трудными — начало перестройки. Володя как мог старался облегчить нашу жизнь. Многие его знакомые пошли в рэкетиры, а Володя говорил: «Обманывать людей не могу, воровать не буду». Он много времени проводил с сыном, привил ему любовь к спорту. Поэтому я знаю, он бы сыном гордился. Спасибо ему за это!

Когда пришла повестка из военкомата, пройти медкомиссию ему не составило труда. Володя был человеком умным, грамотным, выносливым. Конечно, всей серьёзности обстановки я не понимала, но он точно знал, что делает. Сейчас я могу сказать смело: «Он исполнил свой долг до конца». Мы им гордимся.

Из письма Сергея Серёгина:

Говоря о Стасе Куликове, первое, что я вспоминаю — это его улыбку. Он был весёлого нрава, добрым, отзывчивым и порядочным человеком, что в наше время большая редкость среди подростков его возраста. Его интересы были разносторонние: увлекался спортом (играл в юношеской сборной команде «Нефтяник», неплохо играл в домино, шахматы, любил кино, читал книги, слушал музыку. Многому научил его отец Куликов Владимир Иванович, к которому Стас был очень привязан. Однажды я пригласил его работать на АЗС, он воспринял эту идею положительно. Я в очередной раз убедился, что у меня брат молодец. Он быстро нашёл там со всеми общий язык. Работал охотно и легко. Интересовался машинами, мечтал купить когда-нибудь свою. Поэтому у него был свой определенный стимул к работе. Потом он работал на Первом Государственном Подшипниковом заводе, где столкнулся с суровыми буднями. Приходилось вставать в 5 часов утра и работать в цеху сразу на нескольких станках, ворочая при этом тяжёлые детали. Насколько я помню, брака он не допускал.

По вечерам мы созванивались, встречались со знакомыми ребятами и развлекались, как вся молодежь. Помню, Стас только начал курить, но стеснялся «стрелять» сигареты у прохожих и в этом случае просил меня. Пили «Клинское» пиво, заедали воблой. Собирались компанией возле дома, общались. Друзей и приятелей у него было много.

Брата я очень любил, поэтому перед армией преподнес ему сюрприз. На его 17-летие мы улетели отдыхать в Египет. Стас со своим юмором и задором веселил всех окружающих людей, в том числе работников отеля. Не зная их языка, он пытался с ними разговаривать, пытался применить язык жестов, что порой со стороны выглядело забавным.