Девид де Ангелис - Исток

Они быстро прошли по узенькой улочке, вдоль высокой глухой стены цвета черного янтаря. В стене была дверь, сложенная из тонких чешуек лилового света.

— Одно из моих прежних убежищ, — сказал Линиум.

Он снял с левой руки указательный палец и вставил его вместо ключа в прорезь замка — небольшое отверстие круглой формы, как будто промятое в свете.

— Проходи, — сказал Линиум. — Прямо сквозь свет.

Сновидец вышел в небольшой внутренний дворик. Фонтан, сложенный из сгущенного синего пара, бил струей некоего прозрачного вещества с хрустальным блеском, которое казалось твердым и жидким одновременно.

— Да… — прошептал Линиум, — чудо технологии духа… уже сколько лет…

Здесь, в пустом дворике, было на удивление тихо: оазис покоя посреди городской суеты. Они прошли к низкому зданию строгой прямоугольной формы, но не к главному входу, а к боковому. Дверь была заперта. Линиум выбил замок с одного удара. Осколки стекла и куски покореженного металла полетели во все стороны.

— А как же высокие технологии? — спросил Сновидец.

Линиум нахмурился.

— Знаешь, в чем основная проблема с высокими технологиями… если что-то ломается, то ломается конкретно.

Он приоткрыл дверь и осторожно протиснулся внутрь. Потом обернулся к Сновидцу:

— Тебе что, нужно особое приглашение?

Сновидец тоже протиснулся внутрь. Линиум закрыл дверь и кое-как запечатал пролом на месте замка кусками дерева и железа.

В помещении царил беспорядок, а сама обстановка была совершенно шизофреническая: зеркала, какие-то фигурки невообразимых пропорций, вырезанные из хрусталя, старая ветхая мебель, от которой буквально сквозило сонной заброшенностью. И в то же время у Сновидца возникло странное ощущение, что все эти вещи владели неким секретом, как избежать неумолимого хода времени, а теперь, когда в приоткрытую дверь проник свет, они, эти вещи, пробудились от своей аутистической спячки. Пространство дышало призрачными отголосками прежней жизни.

Линиум сразу прошел в дальний угол. Желтая краска на стене давно облупилась, открыв сероватые проплешины штукатурки. На этот раз он снял не один палец, а всю левую кисть и приложил ее к стене. Сновидец, как завороженный, наблюдал. Рука поползла по стене, словно паук из кошмарного сна: ощупала один пролом, потом — другой, похоже, нашла, что искала, отодрала широкий струп краски, освобождая проход, и забралась внутрь.

Буквально за считанные секунды стена превратилась в клубящийся бледный туман. Туман постепенно рассеялся, и там, за стеной, открылась еще одна комната, залитая мягким приглушенным светом. Почти вся поверхность ее белых стен была завешена очень подробными схемами анатомии Сирен в россыпи мигающих точек, каждая из которых обозначала определенные функциональные органы. Кроме схем и таблиц, там было множество картинок высочайшего графического разрешения: портреты Сирен и Воителей, документальные изображения различных событий, серии последовательных картинок — полный графический отчет, как Сирена производит на свет Воителя, увеличенные изображения глаз и каких-то приборов непонятного предназначения.

Все это вместе было похоже на странную, замысловатую карту, которая завораживала и восхищала и в то же время будила в душе тревогу. Сновидец уже догадался, что именно здесь, в этой комнате, Линиум просиживал целыми днями, пытаясь раскрыть тайны технологии духа.

Линиум вошел в комнату, словно в дом с привидениями — осторожно, с опаской. Он поднял руку, и снятая кисть сама встала на место: пролетела по воздуху и приросла, точно по волшебству.

Сновидец вошел в комнату следом за Линиумом.

— Да уж, Линиум, — сказал он, — ты горазд на сюрпризы.

Линиум обернулся к нему.

— Будем надеяться, что это правильные сюрпризы.

Он подошел к небольшому черному ящичку, прикрепленному к стене.

— Нерис, — сказал он, и черный ящичек увеличился в размерах и превратился в фигуру, как будто изваянную из черного янтаря. Это была молодая женщина, во всем похожая на человека, вплоть до влажных блестящих глаз в обрамлении черных дрожащих ресниц.

Сновидец невольно отпрянул.

— Состояние, — быстро проговорил Линиум.

— Стабильное, Питер, — отозвалась фигура приятным, мелодичным голосом.

Сновидцу показалось, что Линиум вздохнул с облегчением.

— Нерис, — сказал он, — познакомься. Эго Сказитель, его называют Сновидцем.

Нерис повернулась к Сновидцу.

— Рада с тобой познакомиться, Сновидец, — сказала она дружелюбно. — Надеюсь, моя активация не очень тебя напугала?