Михаил Булгаков - Том 2. Роковые яйца

Председатель правления( заискивающе ). Он послезавтра выезжает ( угощает папиросой ).

Племянник.Пущай скорей, а то я его сам вышибу.

Дальнейшее не стенографировано, но по отрывкам и устным передачам можно питать зловещее подозрение, что бурнаковский племянник антисемит.

Он въехал. Первый подвиг уже совершил он. Именно он без стука вошел в комнату модистки Анюты со словами: «нет ли папиросочки», в тот момент, когда Анюта была голая.

Ну, совершенно голая бабочка, в чем мать родила. На вопрос Анюты, стащившей с постели одеяло и соорудившей на скорую руку римскую тогу: «Чтой-то вы? Рази ж можно так делать?» — ответил улыбаясь:

— Ну, что там. Что мы, буржуи-интеллигенты, чай, в одной квартире живем.

В кухне вечером был совет семи женщин. Резолюция: бурнаковский племянник — негодяй, ежели съемщик не уймет, жаловаться самому Кирпичеву.

Видение: тень бурнаковского племянника прошла по коридору, нагло улыбаясь и будто бы со словами:

— Ах, дуры бабы. Чего сбесились.

Ночью на новоселье играли в карты у бурнаковского племянника, причем Хлюзина бурнаковский племянник обыграл на четыре червонца. Хлюзин плакал и гонялся с ножом за бурнаковским племянником.

В гостях у племянника был дядя, сам Бурнаков, и побил жену.

Племянник устроил танцы, причем внизу рухнула штукатурка. Когда снизу пришли, бурнаковский племянник пригрозил, что пожалуется в Ге-пе-у.

У Аксиньи колдовским образом пропал примус. Бурнаковский племянник угрожал в коридоре стереть с лица земли каждого, кто в связи со словом «примус» упомянет его имя или же имя его брата Володьки.

Глаза необыкновенные — одновременно испуганные и наглые. Волосы стоят ежом, черные, как на сапожной щетке. Лицо вдребезги потертое, бледное. 22 года. Расстегнутый френч, расхлыстанный ворот.

Аксиньин примус нашелся в кладовке сломанный. Это чудо! Как он туда попал?

Кошмар! Кошмар! Слух — племянник обольстил секретаря домовой ячейки и хочет войти во фракцию. Съемщик рвал на себе волосы, кричал у себя в комнате: «Мы пропали».

Племянник сделал предложение Анюте. Когда та отказалась, вышел из ее комнаты, напевая:

— Ладно-с. Ладно-с. Вот мы еще посмотрим, по каким таким документам вы проживаете. Нашей фракции таких не нужно.

Съемщик просил племянника не играть в квартире на гармонии после 2-х часов ночи.

— Ты мне не бузи. У нас пианинов нету. А тебя давно собираюсь попереть из съемщиков.

О-о! Прошел слух, что Володьку — племянникова брата — выпустили из тюрьмы. Съемщик ходил по комнатам и собирал деньги на замок для парадной двери и говорил: «Теперь посматривайте».

Бурнаковский племянник объявил, что Володька жить будет в его комнате. Все кончено.

Слух, а затем несомненная правда.

Дядю Бурнакова вычистили.

Дядя лишился ответственного поста. А затем слухи еще более грозные:

а) Дядю отдают под суд.

б) Дядя был всем и стал ничем.

Съемщик, встретив бурнаковского племянника, сказал ему:

— Вы — наглец. Хуже вас никого нету в доме.

И бурнаковский племянник ничего не ответил.

Бурнаковский племянник выехал из дому, ибо его затравили. Из фракции его вышибли.

Это конец этому странному фельетону, но это не все, что я хотел сказать.

Публика, читающая вообще, читает плохо, не вдумываясь. Ей кажется, что фельетонные герои — это так… чепуха… Напрасно, напрасно. Бурнаковский племянник — тип, столь же прочный, как и бессмертные типы Н.В. Гоголя. И представьте, таких бурнаковских племянников в Москве не менее 8 тысяч.

По самой скромной статистике.

Шиберов-валютчиков уже выселили из Москвы. Правда, пока еще не всех. Тысячи три.

Вот ежели бы вслед за ними попросили и племянников, бесподобно бы было. Истинный Бог.

«Бакинский рабочий», 30 марта 1924 г.

Под заглавием «Московский Вавилон» перепечатан в книге: Михаил Булгаков, «Забытое», Мюнхен, 1983.

Затем в книге: М.А. Булгаков. Повести. Рассказы. Фельетоны. Москва, Советский писатель, 1988.

Под заглавием «Московский Вавилон» — в книге: Михаил Булгаков. Похождения Чичикова. Современник, 1990.

Публикуется по тексту газеты «Бакинский рабочий».