Сосэки Нацумэ - САНСИРО

— Что это вы там… — удивлённо смеясь, крикнула Ёсико.

Она, видимо, обладала способностью удивляться вещам самым обыденным и в то же время оставаться безразличной при виде чего-либо из ряда вон выходящего. Может быть, именно поэтому с ней всегда бывало легко и просто. Сансиро подумал, что это ощущение лёгкости возникает благодаря глазам девушки, большим, чёрным и слегка влажным.

Минэко тоже остановилась и взглянула на Сансиро. Взглянула совершенно бесстрастно. И Сансиро вдруг показалось, что перед ним не девушка, а погасшее пламя. Он продолжал стоять, не двигаясь, как и Минэко.

— Вы почему ушли с соревнований? — спросила Ёсико.

— Надоело. Правда, ушёл я совсем недавно.

Ёсико оглянулась на Минэко. Но та оставалась бесстрастной.

— А вы почему ушли? — спросил Сансиро. — С таким интересом смотрели… — Тут Минэко чуть-чуть улыбнулась. Озадаченный этой улыбкой, Сансиро спросил: — А вы уже домой собрались?

Девушки молчали.

— Куда-нибудь спешите? — снова спросил Сансиро.

— Да так, есть тут одно дело… — едва слышно ответила Минэко. Сансиро наконец спустился с холма и подошёл к девушкам, но ни о чём больше не спрашивал и стоял молча. В это время со спортивного поля донеслись громкие аплодисменты.

— Прыжки в высоту с шестом, — заметила Ёсико. — Интересно, какой был сейчас прыжок?

Минэко снова чуть-чуть улыбнулась. Сансиро продолжал хранить молчание. Пристало ли ему вести разговор о каких-то там прыжках!

— Вы видели на холме что-нибудь интересное? — спросила Минэко.

Камень да обрыв, вот и всё, что видел Сансиро. И он ответил:

— Нет, ничего примечательного.

— Да-а… — с сомнением протянула Минэко.

— Может, поднимемся ненадолго? — весело предложила Ёсико.

— Ты разве не бывала здесь? — спокойно отозвалась Минэко.

— Не всё ли равно? Пойдёмте! — И Ёсико стала подниматься по дорожке. Сансиро и Минэко ничего не оставалось, как последовать за нею. Очутившись на поляне, Ёсико подошла к краю обрыва и оглянулась.

— Смотрите, какая высота! — Она явно преувеличивала. — Отсюда могла бы броситься вниз сама Сафо.

Минэко и Сансиро расхохотались. Правда, Сансиро весьма смутно себе представлял, откуда именно бросилась вниз Сафо.

— Уж не хочешь ли ты последовать её примеру? — спросила Минэко.

— Я? Броситься с обрыва? Ни в коем случае! Вода чересчур грязная, — ответила Ёсико, подходя к Минэко и Сансиро.

Тут между девушками завязался разговор.

— Ты пойдёшь? — спросила Минэко.

— Пойду. А ты?

— Не знаю, как и быть.

— Как хочешь. Могу сходить я, а ты здесь подожди.

— Не знаю, что лучше.

Девушки никак не могли договориться. Сансиро не выдержал и вмешался в разговор. На его вопрос Ёсико ответила, что хочет зайти в клинику, это ведь совсем рядом, и поблагодарить сиделку за уход. А Минэко собирается навестить больничную сестру, которая ухаживала за её родственницей, лежавшей этим летом в клинике. Впрочем, это совсем не обязательно.

В конце концов Ёсико, пообещав скоро вернуться, стала быстро спускаться с холма. Ни удерживать её, ни идти вместе с нею не имело смысла, и Сансиро с Минэко остались вдвоём. Точнее говоря, не остались, а были покинуты, если иметь в виду их полную пассивность.

Сансиро снова сел на камень, а Минэко продолжала стоять. В мутной воде пруда, гладкого, как зеркало, отражалось осеннее солнце. Посредине был небольшой островок, на котором росло всего два дерева. Ярко-зелёные ветви сосны удивительно гармонично переплелись с красноватыми листьями клёна, образовав садик в миниатюре. На другой стороне пруда темнела густая роща. Указав на неё, Минэко спросила:

— Вы знаете, что это за деревья?

— Бук.

— У вас отличная память, — рассмеялась девушка.

— Это какую медсестру вы собирались посетить, ту, что я тогда видел с вами?

— Да.

— Она и за Ёсико-сан ухаживала?

— Нет. Я говорю о сестре, которая сказала: «Это бук».

— А вон там вы тогда стояли вместе с нею и обмахивались веером.

Холм, на котором они находились, был самым высоким, он словно бы повис над прудом. Справа тянулась небольшая гряда холмов пониже. Молодым людям отсюда видны были высокие сосны, угол старинного здания княжеского дома, часть полотнища, отгораживающего спортивное поле, и само поле.

— День тогда выдался на редкость жаркий. В клинике была такая духота, что я не выдержала и вышла на воздух… А вы что там делали?

— Тоже спасался от жары. В тот день я как раз познакомился с Нономией-сан, вышел от него и решил отдохнуть. Так тоскливо вдруг стало у меня на душе…