Заклятие даоса

Инспектора из гарнизона Гаою, который взял Цинну наложницей, звали Ли Цзыю. Его семья осталась в родных местах, а сюда он приехал один по служебным делам. С Цинну он сразу же поладил и полюбил ее. Молодая женщина жила в полном достатке, ни в чем не нуждаясь. Было все у нее: и наряды, и угощения — словом, жизнь текла вольготно. Как говорится: днем Праздник Холодной Пищи, ночью — Праздник Фонарей [164] Праздник Холодной Пищи отмечался в память о добродетельном отшельнике Цзе Чжитуе, который, согласно легенде, предпочел смерть в огне чиновной службе. Впоследствии в день его гибели ели только холодную пищу, так как в течение трех дней не полагалось разжигать огонь в печи. О Празднике Фонарей см. прим. 19. Весь этот оборот соответствует выражению «не жизнь, а сплошной праздник». . Прошло несколько месяцев. Однажды инспектор Ли получил из родных мест письмо, в котором ему было велено поторопиться домой. Поскольку Ли Цзыю в столице сильно поистратился, он не стал мешкать. Поскорее закончил дела, собрал пожитки и, купив подарки, нанял лодку, которая должна была его доставить к самому дому. В дороге он, как водится, любовался цветами и наслаждался вином, то есть развлекался как мог, стараясь продлить удовольствие. Наконец, он добрался до дома, где его встретили слуги и жена.

— Наверное, тебе было нелегко одной управляться с хозяйством, — сказал жене Ли Цзыю после взаимных приветствий и, подозвав Цинну, велел ей поклониться супруге. Цинну, низко опустив голову, подошла ближе.

— Можешь не кланяться! — сказала жена Ли, видя замешательство гостьи. — Кто это? — спросила она мужа.

— Не скрою от тебя, в столице я чувствовал себя совсем одиноким, утром и вечером все один да один, за мной некому было ухаживать. Тогда я решил взять себе подружку. Вот привез ее сюда, чтобы она прислуживала тебе.

Жена инспектора бросила на гостью недоброжелательный взгляд.

— Понятное дело! — проговорила она… — Значит, развлекалась с моим мужем? Только здесь тебе делать нечего!

— Госпожа! Меня забросил сюда случай. Войдите в мое положение, я же покинула свою родину! — проговорила Цинну.

Супруга инспектора позвала двух служанок и приказала:

— Уберите эту девку с глаз долой! Сорвите с нее одежду и дайте грубую холстину, снимите туфли, сделайте волосы, как у прислуги… Пусть работает на кухне: таскает воду и топит печь!

Цинну зарыдала.

— Пожалейте хотя бы ради моих родителей! — взмолилась она. — Если я не нужна, отправьте меня обратно. Я верну вам все ваши деньги.

— Хочешь уехать — скатертью дорога! Но сначала я тебя проучу — поработаешь у меня на кухне! Это за то, что ты слишком много веселилась!

Цинну пожаловалась хозяину.

— Зачем вы меня сюда привезли? Чтобы мучить? Поговорите с женой. Упросите ее меня отпустить!

— Ты же видишь, какой у нее характер! С ней не сладит и сам судья Бао! [165] Судья Бао, он же Бао Чжэн (или Баогун, Бао Лунту — Бао Драконова Печать), живший в XI в. во времена династии Сун, прославился неподкупностью и честностью как защитник справедливости и правопорядка. Баогун — один из популярных персонажей средневековых повестей и романов — гунъань сяошо — повествований о загадочных судебных делах. Прозвание Драконова Печать идет от названия государственного учреждения — Кабинета Драконовой Печати (Лунтугэ), в котором составлялись важные императорские постановления. Бао какое-то время служил там начальником. Даже я за свою жизнь не ручаюсь! Придется тебе немного потерпеть. Когда она поостынет, я с ней поговорю!

Молодую женщину отправили на кухню. Через некоторое время Ли Цзыю решил напомнить о ней жене.

— Если девчонка тебе не нужна, мы ее отдадим перекупщику, хоть деньги за нее получим. Стоит ли на нее серчать?

— Наделал дел, а теперь вздумал меня уговаривать?

Жена не переменила своего решения, и Цинну продолжала гнуть спину на кухне. Прошло около месяца. Как-то вечером, когда хозяин проходил мимо кухни, ему послышался чей-то голос. В темноте он едва разглядел Цинну. Женщина подошла к нему, и они, обнявшись, заплакали.

— Я не должен был тебя привозить! Ты страдаешь по моей вине! — проговорил Ли Цзыю.

— Сколько еще мне здесь страдать? Когда только кончатся мои мучения? — воскликнула несчастная женщина. Хозяин вдруг задумался и сказал: