Заклятие даоса

Рассказывают, что в годы Изначального Покровительства Великой династии Сун [220] Эра Изначального Покровительства (Юанью) — годы правления сунского императора Чжэцзуна (1086—1094). жил знаменитый сановник Чэнь Я, ведавший при дворе жертвоприношениями и церемониями. Однажды он выступил против тогдашнего канцлера Чжан Цзыхоу, но, увы, своего не добился. Его понизили в должности, назначив выездным инспектором и начальником области Цзянькан. Как-то, пируя с чиновниками в Линьцзянтин — Беседке Подле Реки, он услышал чей-то голос:

— Без помощи Пяти Стихий и Четырех Подпор [221] Четыре Подпоры — четыре календарных первоосновы (год, месяц, день, час), используемые в гадательной практике для определения судьбы человека. я угадываю грядущую судьбу человека. Узнаю, что ждет его: счастье или горе, слава иль беды.

— Кто там болтает? — крикнул Чэнь.

— Это слепой гадатель Бянь из Нанкина, — ответил один из сотрапезников.

— Позовите-ка его сюда! — приказал вельможа.

У дверей беседки появился старый ворожей с сучковатым посохом в руке.

Ворожей поклонился и, ощупав рукою лестницу, опустился на ступеньку.

— Слепец! Тебе не дано читать древние священные книги. Как ты смеешь поносить учение о Пяти Стихиях? Надо меру знать! — сказал Чэнь с раздражением.

— Сиятельный господин! По стуку гадательных бирок я догадываюсь, вознесется ли человек вверх или низвергнется вниз. Простое шарканье туфель мне подскажет, умер ли кто-то или родился на свет.

— И ты способен это доказать? — спросил Чэнь.

Взглянув в сторону реки, он заметил богатое судно, плывущее вниз по течению. До пирующих доносился скрип уключин.

— Скажи, что там у них на лодке, горе или радость?

— Весла доносят звуки скорби, значит, они везут покойника. Очевидно, это — крупный чиновник.

Чэнь послал слугу узнать. И что же? Действительно, на лодке находился гроб с телом военного инспектора Ли из Линьцзяна. Он умер на службе в чужих краях, и сейчас его прах везли на родину.

— Если бы даже воскрес Дунфан Шо [222] С именем Дунфан Шо связывалось искусство магии. , он не смог бы тебя превзойти в искусстве гадания! — воскликнул изумленный Чэнь и велел налить ворожею десять чарок вина, а потом подарил ему десять лянов серебра.

Только что мы вам рассказали о слепом гадателе Бяне, который по шуму весел узнал, что происходило на лодке, а теперь поведаем вам о другом ворожее, по имени Ли Цзе из Восточной Столицы, который гадал по триграммам [223] Триграммы — комбинация из целых и прерывистых линий (основных комбинаций восемь, поэтому часто говорится о «восьми триграммах»). В старом Китае триграммы использовались как своеобразный магический код для обозначения многих явлений и широко применялись в гадательной практике. . Однажды Ли Цзе отправился в уезд Фэнфу Яньчжоуской области, открыл гадальню и вход украсил оклеенным золотой бумагой мечом Тайэ [224] Тайэ — один из трех легендарных мечей, откованных знаменитым мастером — Плавильщиком Оу (Оу Ецзы), который жил в эпоху Вёсен и Осеней. С мечом Тайэ связывали разные удивительные истории. и вывеской с надписью: «Караю тех собратьев по ремеслу, кто не смыслит в своей науке». Надо сказать, что этот Ли был и вправду очень сведущ в учении о темных и светлых силах [225] Учение о темных и светлых силах ( инь и ян ) восходит к древнекитайской натурфилософии, в основе которой лежало дуалистическое представление о мире. Понятие инь — ян обычно соединялось с учением о Пяти первоэлементах (стихиях), имело широкое распространение в китайской медицине, в гадательной практике. . О его искусстве лучше всего скажут такие слова: