Ричард Райт - Сын Америки

– Биггер, так ты вправду это сделаешь? – с ужасом прошептала она.

– Сделаю. – Где девушка, Биггер? – Не знаю.

– Ты знаешь. Ты бы этого не сделал, если б ты не знал.

– А тебе-то что?

Она заглянула ему прямо в глаза и спросила шепотом:

– Биггер, ты убил ее?

Челюсти у него сомкнулись со стуком; он встал. Она отскочила от него и, рыдая, бросилась на кровать. Ему вдруг стало холодно, он почувствовал, что весь покрылся потом. Он услышал какой-то шелест и посмотрел вниз: письмо тряслось в его дрожащей руке. А все-таки я не боюсь, подумал он. Он сложил письмо, вложил в конверт, заклеил, лизнув край языком, и сунул в карман. Он лег на кровать рядом с Бесси и обнял ее. Он хотел заговорить с ней, но горло у него было так сдавлено, что слова не вышли.

– Ну чего плачешь, дурочка? – сказал он наконец.

– Биггер, что ты задумал?

– Ничего. Ты увидишь, это совсем легко. – Я не хочу. – Не бойся.

– Ты мне обещал, что никогда не будешь убивать.

– Я и не убивал.

– Неправда! Я вижу по твоим глазам. Я вижу по тебе.

– Ты, значит, мне не веришь?

– Где эта девушка, Биггер?

– Не знаю.

– Почему ж ты так уверен, что она не объявится?

– Уверен, и все. – Ты убил ее. – Да что она тебе далась, эта девушка?

Она встала с кровати. – Если ты убил ее, ты и меня убьешь, – сказала она. – Не пойду я наэто дело.

– Не говори глупостей. Я же тебя люблю. – Ты обещал, что не будешь убивать. – Ну и что ж! Это ведь белые. Мало они наших убили?

– Все равно.

Он вдруг почувствовал недоверие к ней: никогда раньше она не говорила с ним таким тоном. Он посмотрел в ее мокрые от слез глаза, в которых застыл страх, и подумал о том, что никто не видал, как он вышел из дому. Да, Бесси теперь знает, но это легко исправить. Можно взять с комода кухонным нож и перерезать ей горло. Так или иначе, но для того, чтобы вернуться к Долтонам, он должен знать наверняка, что она его не выдаст. Сжав кулаки, он подступил к ней вплотную. У него было такое же чувство в эту минуту, как тогда, когда он стоял над кроватью Мэри и смотрел на приближавшееся белое пятно; еще одна капля страха – и он очертя голову пошел бы на новое убийство.

– Слушай, Бесси, мне сейчас не до шуток.

– Я боюсь, Биггер, – жалобно всхлипнула она.

Она попыталась увернуться; он понял, что она увидела сумасшедшую искру у него в глазах. Страх жег его. Он заговорил сбивчивым, невнятным шепотом:

– Я не шучу. За мной вот-вот будет погоня. Я им не дамся в руки, понятно? Не дамся, нет. Куда они придут раньше всего искать меня? Они придут к тебе. Они будут выпытывать у тебя про меня, и ты, пьяная дура, ты им скажешь. Если ты не будешь замешана в этом сама, ты им скажешь. Если ты не будешь рисковать тут головой, ты скажешь!

– Нет, Биггер! Нет! – повторяла она жалобно. Она была так перепугана, что не могла даже плакать.

– Будешь делать, что я тебе скажу?

Она наконец высвободилась, перекатилась через кровать и забилась в угол. Он обежал вокруг кровати и настиг ее. Задыхаясь, он прошипел:

– Оставить тебя тут, чтоб ты все выболтала, да? – Я не буду болтать! Честное слово, не буду! Он наклонился к самому ее лицу. Нужно было чем-то связать ее.

– Да, я убил девушку, – сказал он, – вот, теперь ты знаешь. Ты должна мне помочь. Ты так же виновата, как и я. Ты тратила деньги…

Она снова упала на кровать, всхлипывая, захлебываясь слезами. Он стоял и смотрел на нее, терпеливо выжидая. Когда она немного успокоилась, он взял ее за плечи и заставил встать. Пошарив под подушкой, он вытащил бутылку и откупорил, потом обхватил Бесси одной рукой и запрокинул ей голову.

– На, пей.

– Нет. – Пей… Он поднес бутылку к ее губам, она глотнула. Когда он хотел отнять бутылку, она удержала его руку.

– Нет, нет, хватит. Мне не нужно, чтобы ты была совсем пьяная.

Он отпустил ее, и она снова повалилась на кровать, тихо всхлипывая. Он нагнулся к ней:

– Слушай, Бесси.

– Биггер, миленький! Не заставляй меня! Миленький, не надо. Ведь я только и знаю, что работать как каторжная, с утра до ночи. Нет у меня в жизни ничего хорошего, и никогда не было. Ничего у меня нет, а ты еще хочешь навязать мне это. Ты от меня никогда зла не видел. Зачем же ты хочешь испортить всю мою жизнь? Я для тебя делала все, что могла, а ты теперь мне навязываешь это. Не надо, Биггер… – Она отвернулась и стала смотреть в пол. – Господи, не допусти до этого. Что я сделала, за что это мне? Я ведь только работаю! У меня ведь ничего нет, никакой радости нет в жизни. Я только знаю свою работу. Я черная, и я работаю и никого не трогаю…