Синклер Льюис - Бэббит; Эроусмит

— Скажите, вы, кажется, новый доктор, помощник Пиккербо? Я видел вас в Сити-Холле.

— Да. А скажите, как… гм… как относятся в городе к Пиккербо? Лично вам хотя бы нравится он или нет? Говорите откровенно, потому что я только приступаю к работе и… гм… Вы понимаете?

Придерживая ложку в чашке мясистым пальцем, полисмен хлебнул кофе и начал свою речь, между тем как лоснящийся от жира благодушный повар сочувственно кивал головой.

— Что ж, коли говорить напрямик, он, конечно, изрядный болтун, но с головою — мозговитый парень! Говорит как по-писаному. И пишет стихи… вы слыхали? Здорово пишет! Да. Многие у нас говорят: «Пиккербо только и знает, что пенье да танцы». Но как я посужу: для нас с вами, доктор, было бы, конечно, довольно, если б он просто следил за молоком, за помойными ямами «и чтоб дети чистили зубы. Но тут у нас много разного народу, грязных, ленивых, невежественных иммигрантов, которых нужно приохотить к этой самой гигиене, чтоб они не болели всякими болезнями и не напускали заразу на нас. А старый док Пиккербо — молодец! Поверьте, он сумеет вбить им в башку правильные понятия!

Да, сэр, он — человек дела, не такой слюнтяй, как иные наши доктора. Знаете, однажды он явился на гулянье в праздник святого Патрика: хоть сам он грязный протестант, они с патером Костелло так спелись, точно век друзьями были, и, разрази меня гром, он еще там стал бороться с одним парнем, хоть тот вдвое его моложе; он его, можно сказать, положил на обе лопатки, так обработал молодчика, что любо-дорого смотреть! У нас в полиции все его любят, и мы только диву даемся, как он умасливает нас исполнять уйму санитарной работы, которую нам по закону вовсе не положено делать; а другой сидел бы себе в конторе и писал дурацкие приказы. Что и говорить! Парень что надо!

— Понимаю, — сказал Мартин, и на обратном пути в гостиницу он размышлял:

«Воображаю, что сказал бы о нем Готлиб».

«К черту Готлиба! К черту всех, кроме Леоры!»

«Я не намерен провалиться здесь, как провалился в Уитсильвании».

«Пиккербо со временем получит более ответственную работу… Гм!.. Он из тех, кто умеет подластиться, он непременно сделает карьеру! Но так или иначе, я к тому времени подучусь и, может быть, налажу здесь образцовый Отдел Народного Здравоохранения».

«Орхидея сказала, что зимой мы будем кататься на коньках».

«К черту Орхидею!»

«Эроусмит»

В докторе Пиккербо Мартин нашел великодушного начальника. Он от души хотел, чтоб его заместитель сам выдумывал и провозглашал какие-нибудь новые «Движения» или «Во имя». Его научные познания были беднее, чем у приличной фельдшерицы, но он не страдал завистливостью и от Мартина требовал только веры в то, что быстрые и шумные переезды с места на место являются средством (а может быть, и целью) всякого прогресса.

Мартин с Леорой сняли второй этаж в двухквартирном доме на холме Сошиал-Хилл — не холм, а небольшое возвышение среди равнины. Была незатейливая прелесть в этих сплошных лужайках, в широких осененных кленами улицах и радость в освобождении от назойливых уитсильванских соглядатаев.

Но неожиданно с ними стало заигрывать Лучшее Общество Наутилуса.

Через несколько дней после их приезда Мартина вызвали по телефону, и мужской голос заскрипел:

— Алло, Мартин? Ну, кто с тобой говорит? Держу пари, не угадаешь.

Мартин был очень занят и с трудом удержался от слов: «Пари ваше — до свиданья». Вместо того он прогудел с радушием, какое подобает заместителю директора:

— Боюсь, что и впрямь не узнаю.

— Все-таки попробуй угадать.

— Ага… Клиф Клосон?

— Нет. А ты, знаешь ли, прекрасно выглядишь. Что, задело? Ну, валяй дальше! Еще разок!

Стенографистка ждала, приготовив карандаши, а Мартин еще не научился не замечать ее присутствия. Он сказал с заметным раздражением:

— Ага! Полагаю, президент Вильсон? Послушайте…

— Ладно, Март, говорит Эрви Уотерс! Что ты на это скажешь?

Шутник, по-видимому, ожидал излияний радости, но прошло добрых десять секунд, пока Мартин соображал, кто такой Эрвинг Уотерс. Наконец, вспомнил: Уотерс, убийственно-нормальный студент-медик, докучавший ему когда-то в Дигамме Пи своею верой в истину, добро и выгоду. Он постарался ответить как мог сердечней:

— Так, так! Что ты здесь делаешь, Эрви?

— Что? Живу! Поселился здесь, пройдя стажерство. У меня довольно приличная практика. Слушай, Март, мы с миссис Уотерс очень просим тебя и твою жену — ты ведь, кажется, женат? — завтра вечером к нам на обед. Я тебя введу во все здешние дела.