Кен Фоллетт - Столпы Земли

Он и сам перестал понимать, каким слухам верить, каким – нет, и можно ли им вообще доверять. Хотя он числился среди людей, с которыми герцог считался, на политические переговоры его не приглашали. А вот Филип, судя по всему, был посвящен в их детали. Он, правда, не раскрывал источники своей осведомленности, но Алина вспомнила, что у него был брат, который теперь часто наезжал в Кингсбридж и который прежде служил у Роберта Глостерского и у принцессы Мод; но поскольку ни Роберта, ни Мод уже не было в живых, не исключено, что он мог перейти на службу к герцогу Генриху.

Филип рассказал, что переговоры подходят к концу и что стороны близки к согласию. Уговор был следующий: Стефан остается королем до конца дней своих, а его преемником объявляется Генрих. Известие это очень обеспокоило Алину. Стефан мог прожить еще с десяток лет. А что будет твориться все это время? Графы Стефана останутся при своих титулах и владениях, пока тот будет править, в этом сомнений не было. Тогда как же будут вознаграждены сторонники Генриха, такие как Ричард? Неужели им опять придется ждать?

Филип узнал ответ на этот вопрос неделю спустя после появления Алины в Винчестере. Однажды днем он послал за ней и Ричардом своего послушника-посыльного. Все время, пока они шли по шумным улицам города к собору, Ричарда распирало от любопытства. Алина же испытывала неосознанное чувство тревоги.

Филип ждал их на церковном кладбище. Солнце уже начало клониться к закату, когда они повели свой разговор.

– Они договорились, – сказал Филип без всяких предисловий. – Но все очень запутано, сразу не разберешь.

Алина больше не могла терпеть.

– Ричард будет графом? – настойчиво спросила она.

Филип покачал головой из стороны в сторону, что означало: может быть – «да», а может быть – «нет».

– Это сложно. Они пошли друг другу на уступки. Земли, которые были захвачены, должны быть возвращены тем, кто владел ими при старом короле Генрихе.

– Так это же то, что и требовалось! – не выдержал Ричард. – Мой отец был графом во времена старого короля.

– Заткнись, Ричард, – оборвала его Алина и повернулась к Филипу: – Ну и в чем трудности?

– В соглашении нет ни слова о том, что Стефан должен обеспечить выполнение этого условия. Не исключено, что он до самой смерти будет тянуть с этим и придется ждать, пока Генрих не взойдет на престол.

Ричард был явно удручен:

– Но это же сводит на нет все соглашение!

– Не совсем так, – сказал Филип. – Это означает, что ты теперь законный граф.

– Но мне придется до самой смерти Стефана жить как преступнику, скитаться по лесам, пока эта тварь Уильям будет пировать в моем замке! – со злостью в голосе чуть не кричал Ричард.

– Ну же, не так громко. – Мимо них как раз проходил какой-то священник, и Филип сделал Ричарду замечание. – Но все это пока под большим секретом.

Алина вся кипела от негодования.

– Я никогда не соглашусь с этим, – сказала она. – У меня нет времени ждать, пока Стефан умрет. Я терпела семнадцать лет, с меня хватит!

– Но что ты можешь сделать? – сказал Филип.

Алина повернулась к брату:

– Почти по всей стране тебя называют законным графом. А теперь и Стефан с Генрихом подтвердили это. Так вот, тебе надо захватить замок и править, как положено законному графу.

– Но я не могу взять замок. Уильям наверняка оставил там охрану.

– У тебя же есть армия, забыл? – сказала Алина, все более подчиняясь охватившим ее чувствам. – Ты имеешь все права на замок и силу, чтобы взять его.

Ричард покачал головой:

– А знаешь ли ты, сколько раз на моих глазах за годы гражданской войны брали замки лобовой атакой? Ни разу. – Как всегда, едва Ричард начинал говорить о воине, во всем его облике появлялась какая-то уверенность и зрелость. – Такого почти никогда не бывало. Город – еще куда ни шло, но замок – никогда. Они могут сдаться, скажем, после долгой осады, их можно взять хитростью, или подкупив кого-то, или если среди них отыщется трус, предатель; но приступом – дело безнадежное.

И все же Алина никак не могла согласиться с братом. Она чувствовала себя на грани отчаяния. Смириться еще с несколькими годами ожиданий и надежд? Нет, этого она не может себе позволить.

– А что случится, если ты приведешь свою армию к замку Уильяма? – спросила она.

– Они поднимут мост и закроют ворота до того, как мы успеем ворваться в замок. Нам придется стать лагерем. А Уильям тем временем соберет свою армию и нападет на нас. Но даже если мы его и разобьем, нам все равно не взять замка. Замки тяжело брать, но легко защищать – вот в чем вся премудрость.