Кен Фоллетт - Столпы Земли

– Хорошо, – без лишних слов согласилась Агнес.

– А что мне делать, если он выйдет с моей стороны? – взволнованно спросил Альфред.

– Ничего. Проследишь, по какой дороге он пойдет, и будешь ждать. Марта позовет меня, и мы его догоним, – сказал Том и, поскольку Альфред выглядел несколько разочарованным, добавил: – Делай что тебе говорят. Я не хочу потерять сына, как потерял свинью.

Альфред неохотно кивнул.

– Ну, давайте расходиться, пока он не заметил, как мы тут договариваемся, – сказал Том и, не оглядываясь, поспешил прочь. На Агнес можно было положиться, она все сделает как надо.

Он дошел до восточных ворот и вышел из города, миновав тот расшатанный деревянный мост, по которому утром толкал повозку. Прямо перед ним, устремившись к востоку, лежала дорога на Винчестер, такая ровная, что казалось, это была длинная-предлинная скатерть, постеленная через холмы и долины. Влево, изгибаясь дугой, поднималась в гору дорога на Портуэй, по которой Том – да, очевидно, и вор – пришел в Солсбери.

Том спустился с холма и, дойдя до перекрестка, повернул на Портуэй, подыскивая место, где можно было бы спрятаться. Он прошел ярдов двести, но так ничего и не нашел. Оглянувшись, он понял, что находится слишком далеко и уже невозможно было различить лица людей, подходящих к перекрестку, а это значит, он может пропустить вора, если тот вздумает пойти на Винчестер. Он снова оглядел местность. По обеим сторонам дороги были вырыты канавы, которые в сухую погоду могли бы послужить хорошим укрытием, но сегодня в них бурлили потоки воды. Вдоль каждой канавы тянулся невысокий бугорок. К югу от дороги паслись на стерне коровы. Том заметил, когда одна из них прилегла на краю поля, она почти полностью скрылась за бугорком. Вернувшись немного назад, он перепрыгнул через канаву, затем, пнув ногой корову, отогнал ее прочь, устроился поудобнее, натянул капюшон и приготовился ждать, жалея о том, что, уходя из города, не догадался прихватить с собой немного хлеба.

Им владело смешанное чувство тревоги и страха. Разбойник был небольшого роста, но проворный и жестокий, что он и доказал, когда напал на Марту и украл свинью. Поэтому Том несколько опасался, как бы не пострадать, но еще больше он боялся, что не сможет вернуть свои деньги.

Он надеялся, что с Агнес и Мартой все в порядке. Агнес в состоянии постоять за себя. И даже если этот негодяй заметит ее, что он сможет сделать? Только станет более осторожным, вот и все.

Из своего укрытия Том видел башенки собора. Жаль, что ему так и не представился случай заглянуть внутрь. Интересно, какие опоры они применили в сводчатой галерее. Обычно сооружают толстые колонны, каждая из которых служит основанием для расходящихся в разные стороны арок: две – на юг и на север, соединяющие соседние колонны галереи, и одна – на восток или на запад, перекинутая через боковой неф. Получалось довольно некрасиво, ибо в арке, опирающейся на круглую колонну, было что-то несуразное. Вот когда Том станет строить свой храм, у него каждая опора будет представлять собой связку из нескольких колонн, заканчивающихся аркой, – логичное и элегантное решение.

Он начал рисовать в уме украшения арок. Чаще всего встречаются геометрические фигуры – большого мастерства не требуется, чтобы вырезать зигзаги и ромбы, но Тому нравился орнамент из листьев, который, словно прикосновение природы, смягчал строгие линии каменного сооружения.

Его мысли были заняты воображаемым собором, когда он заметил тоненькую фигурку и светлую головку Марты, которая пересекла мост и помчалась вприпрыжку вниз. Она добежала до перекрестка и, подумав, свернула в правильном направлении. Наблюдая за дочкой, Том увидел, как она нахмурилась – куда это он запропастился? Когда она поравнялась с его укрытием, он тихо позвал: «Марта!»

Она от неожиданности взвизгнула, затем узнала знакомый голос и, перепрыгнув через канаву, подбежала.

– Мама прислала тебе это, – сказала она, вытаскивая из-за пазухи еще теплый пирог с мясом.

– Клянусь Богом, твоя мать – хорошая женщина! – воскликнул Том и откусил гигантский кусок. Пирог с начинкой из говядины и лука имел божественный вкус.

Марта села на травку рядом с отцом и потерла нос, стараясь вспомнить, что ей было ведено передать. Том не мог не умилиться, глядя на эту малышку.

– Тот дядька, что украл нашу свинью, вышел из харчевни и встретил тетеньку с размалеванным лицом, и они пошли к ней домой. А мы ждали на улице.