Кен Фоллетт - Столпы Земли

Сейчас она отчетливо видела, что последние три месяца жила словно во сне. А ведь в глубине души понимала, что прежняя жизнь закончилась, но отказывалась признать это. Что ж, Уильям Хамлей разбудил ее. Она не сомневалась, что все сказанное им было чистейшей правдой и король Стефан действительно сделал Перси Хамлея графом Ширингом, однако, возможно, было и еще что-то. Может быть, король как-то позаботится о ней с Ричардом. А для этого они должны подать ему прошение. В любом случае надо идти в Винчестер. Там, по крайней мере, у них будет возможность выяснить судьбу отца.

«О отец, – внезапно пронеслось у нее в голове, – в чем же причина всех наших бед?»

С тех пор как умерла ее мать, отец стал как-то по-особому заботиться о ней. Алина знала, что он уделял ей гораздо больше внимания, чем это делали другие отцы по отношению к своим дочерям. Он так больше и не женился, так и не привел в дом новую мать для своей Алины, объясняя это тем, что память о жене делала его более счастливым, чем если бы он был с любой другой женщиной. Да и сама Алина другой матери не желала. Отец ухаживал за ней, а она ухаживала за Ричардом, и никому не было обидно.

Но тех дней уже не вернуть.

– Так куда мы едем? – снова проговорил Ричард.

– В Винчестер, – сказала она. – К королю.

– Правильно! – с энтузиазмом воскликнул Ричард. – И когда мы расскажем ему о том, что Уильям и его слуга сделали прошлой ночью, король обязательно...

Мгновенно Алину охватил безудержный гнев.

– Заткнись! – взвизгнула она. Кони испуганно шарахнулись в сторону. Она со злостью натянула поводья. – Никогда больше так не говори! – Задыхаясь от ярости, она едва выговаривала слова. – Мы никому не расскажем о том, что они сделали, – ни-ко-му! Никогда! Никогда! Никогда!

В сумках, что были подвязаны к седлу слуги, они нашли добрую головку сыра, немного вина в бурдюке, огниво и фунт или два зерна, предназначавшегося, как догадалась Алина, на корм коням. В полдень они с Ричардом съели сыр и выпили вино, а кони пощипали реденькую травку и вечнозеленые кусты да попили воды из прозрачного ручья. Кровотечение у нее прекратилось, однако нижняя часть туловища онемела.

По дороге им встретились несколько человек, но Алина не велела Ричарду ни с кем разговаривать. Случайному путнику они казались весьма грозной парой, особенно Ричард на огромном боевом коне и с мечом, однако стоило им с кем-нибудь заговорить, и стало бы ясно, что они – всего лишь двое беспризорных и беззащитных детей. Так что надо было держаться подальше от чужих.

Когда день начал угасать, они стали подыскивать подходящее для ночлега место и в ста ярдах от дороги нашли небольшую полянку, возле которой протекал ручей. Алина дала коням немного зерна, а Ричард развел огонь. Будь у них котелок, они смогли бы приготовить кашу, а так им придется грызть сырые зерна, пока не найдут каштанов, которые можно будет испечь в костре.

Она сидела, погрузившись в свои невеселые мысли. Ричард, отправившийся за дровами, скрылся из виду. Вдруг совсем рядом она услышала низкий глубокий голос:

– И кто ты такая, милочка?

От неожиданности Алина вскрикнула. Лошади, испугавшись, попятились. Она обернулась и увидела грязного бородатого мужчину в коричневых кожаных одеждах. Он сделал шаг по направлению к ней.

– Не подходи! – завизжала она.

– Не надо меня бояться, – проговорил бородатый.

Краешком глаза она увидела, как сзади незнакомца, неся здоровенную охапку дров, на полянку вышел Ричард. Он остановился и уставился на них. «Вынимай меч!» – хотелось крикнуть Алине, но он казался слишком испуганным и растерянным. Она подалась назад, стараясь хоть как-то загородиться стоявшим тут же конем.

– У нас нет денег, – сказала девушка. – У нас вообще ничего нет.

– Я королевский лесник, – пробасил незнакомец.

Алина почувствовала такое облегчение, что чуть не потеряла сознание. Ведь лесник – это человек, который находится на службе у короля для того, чтобы следить за порядком в лесах.

– Почему сразу не сказал, глупец? – вскипела она, злясь на то, что так испугалась. – Я-то приняла тебя за разбойника!

Он, похоже, был несколько обижен, словно она сказала что-то невежливое, однако вместо ответа лишь произнес:

– Сдается мне, ты благородная госпожа.

– Я дочь графа Ширинга.

– А мальчик, как я понимаю, его сын, – добавил лесник, хотя, казалось, Ричарда он не видел.

Тот наконец подошел и бросил дрова на землю.