Луи Бриньон - Луидор

Из груди Марии вырвался горестной всхлип. По мимо её воли глаза стали наполняться слезами.

Держась одной рукой за стену она шатаясь побрела вдоль мельницы. Очень скоро стена закончилась.

Мария сделала ещё несколько шагов и остановилась всё ещё не веря тому что она видит. Яркий свет луны открыл перед ней удивительную картину. В нескольких шагах от неё искрились воды небольшой речушки. Чуть выше была расположена маленькая плотина. Через отверстие в плотине била струя воды. Вода била по огромному деревянному колесу заставляя его медленно вращаться.

Прямо напротив того места где она стояла, был сооружён деревянный настил. Он нависал над речкой.

На краю настила сидел…Луидор. Она медленно двинулась по направлению к нему. Она не понимала, что плачет, как не понимала что её глаза в эти мгновенья сияют от счастья.

Луидор услышал всхлип. Звук исходил откуда то сзади. Едва обернувшись, он тут же вскочил на ноги и побежал навстречу Марии. И вовремя. Она начала оседать и упала бы не успей он вовремя. Он подхватил её на руки и тут же с негодованием вскричал:

— Что вы делаете, сударыня? Вы больны. Вам надо лежать в постели а вы пришли сюда…босиком. Вам же хуже станет…я отнесу вас обратно…

— Нет. Пожалуйста, нет, — слабо запротестовала Мария, — я не хочу туда. Здесь так красиво…

— Но, сударыня, — начал было Луидор, однако увидев умоляющий взгляд Марии, сдался, — хорошо. Вы можете идти?

— Не знаю! — прошептала Мария.

Луидор не говоря ни слова отнёс её туда где недавно сидел сам и там бережно отпустил. Держась за него рукой, Мария медленно опустилась на край доски и сразу же опустила ноги в воду. Увидев это,

Луидор разозлился.

— Мало вам было одного купания, сударыня!

Он заставил её отодвинуться назад и только потом сел рядом. При этом настрого предупредив, что не позволит ей долго находится, здесь. Он бы продолжил говорить если б в это время не раздался тихий голос Марии.

— Я испугалась, думала вы ушли, поэтому и пошла вас искать. Знаете, я ведь очень богата, я графиня.

И не только. У меня много титулов…

— Поверьте сударыня, я за вас рад!

Её слова были неприятны Луидору. Он не мог сказать по какой причине. Ко всему прочему он совершенно не понимал её поведения. Зачем она пришла сюда? Зачем она ему говорит эти слова? —

думал он. А потом пришла мысль что всё это поведение может быть связано с болезнью. Он утвердился в этой мысли, когда она прислонила голову к его плечу и снова заговорила.

— Я не хвалюсь, поверьте. Меня всегда тяготила жизнь при дворе. Обязанности фрейлины королевы постоянные наставления родственников. Ухаживания, цель которых состояла в получении моего состояния, и скрывалось под маской лицемерия и любви. Но и этого оказалось им мало. Они пожелали отнять у меня всё. Богатство, имя…жизнь. Я для них была и останусь способом достижения цели и чтобы я не сделала они никогда не оставят меня в покое. Я всегда знала эту истину как знала, что настанет день и мне придётся расстаться со всем что мне дорого. Я всегда зависела от воли других людей. Ни моё богатство ни моё имя не смогли меня защитить…ты гораздо счастливее меня и ты лучше тех кто называет себя «высокородным дворянином». В каждом твоём поступке больше благородства, нежели во всех этих мерзких людях, которые считают себя таковыми.

Чего стоит принц, который может безнаказанно грабить и убивать? Чего стоит король который не может отличить истину от лжи? Чего стоит дворянин, если он не может защитить беззащитную женщину? Знаешь ли ты, сколько раз я пыталась покончить со всем и уйти в монастырь? Но кто бы мне позволил? Будь я нищей и без имени, никто бы и не обратил на меня внимания. Но я могла стать лишь наградой. Но и здесь мне не везло, ибо никто не желал делиться этой наградой. И теперь…

господь сжалился надо мной. Он послал мне тебя…

Луидор заёрзал на месте. Он с некоторой опаской смотрел в сторону Марии полагая что она полностью находится во власти болезни. Да и её глаза. Они были полузакрыты. Руки бессильно лежали на коленях. И лишь голос наполненный непонятной радостью по прежнему раздавался.

Правда с каждым мгновением он становился всё слабее и слабее.

— Я знаю тебя совсем немного, но уже тоскую когда тебя нет рядом. Когда я смотрю на тебя- я не вижу разбойника которого хотят повесить. И я не боюсь тебя. Нет. Тебе можно с лёгкостью доверить свою жизнь, и ты спасёшь её. Тебе можно доверить свою честь и ты никогда не дашь повода сожалеть об этом. Ты особенный, Луидор и…очень красивый…