Александр Дюма - Асканио

– Отлично! – произнес, потирая руки и провожая его взглядом, мессер д'Эстурвиль. – Отправляйся, виконт. Одно из двух: или ты отомстишь за меня, победив Бенвенуто, или Бенвенуто отомстит тебе за насмешки надо мной.

И в том и в другом случае я в выигрыше. Я всегда натравливаю друг на друга своих врагов: пусть себе дерутся, пусть убивают друг друга, а я стану рукоплескать любому их удару, ибо любой удар доставит мне удовольствие.

А сейчас,когда прево,горя ненавистью,задумал отомстить обитателям Большого Нельского замка, перейдем Сену и взглянем, как им пока живется.

Мы уже сказали, что Бенвенуто со спокойной уверенностью сильного человека отдался работе, не тревожась, не подозревая о злопамятстве мессера д'Эстурвиля. Вот как ваятель проводил дни: поднимаясь с рассветом, он отправлялся в уединенную комнатку над литейной мастерской, окно которой выходило в сад Малого Нельского замка. Там он лепил модель статуи Гебы. После обеда, то есть в час пополудни, он входил в мастерскую, где трудился над Юпитером; вечером для отдыха играл в мяч или прогуливался. А вот как проводила день Катерина: она вертелась вьюном, шила, веселилась, пела, и ей больше нравилось в Большом Нельском замке, чем во дворце кардинала Феррарского. Рана еще не позволяла Асканио работать, но он не скучал – он мечтал.

Теперь,если мы воспользуемся преимущественным правом воров и, перебравшись через стену, войдем в Малый Нельский замок, вот что мы там увидим: сначала Коломбу, как и Асканио мечтающую у себя в комнате, и да будет нам позволено до поры до времени ничего к этому не добавлять. Скажем только, что если мечты Асканио розовы, то мысли бедной Коломбы черны, как ночь. А вот и госпожа Перрина; она отправилась за провизией, и мы тоже, если вам угодно, последуем за ней.

Мы совсем потеряли из виду достойную дуэнью.

Откровенно говоря, смелость не являлась основной добродетелью этой дамы; она умышленно держалась в тени, в стороне от опасных событий,о которых мы рассказали, но теперь, когда мир восстановлен, розы на ее щеках снова зацвели, и в ту пору, когда к Бенвенуто вернулось вдохновение и он отдался творчеству, к ней вернулись веселое расположение духа, словоохотливость, любопытство, свойственное каждой кумушке, – словом, все добродетели домоправительницы.

Когда госпожа Перрина отправлялась за провизией, ей приходилось пересекать общий двор обоих владений, так как новые ворота в ограде Малого Нельского замка еще не были пробиты. И вот случилось так, что Руперта, старая служанка Бенвенуто, вышла именно в ту самую минуту за провизией для обеда. Обе эти уважаемые и достойные особы были слишком высокого мнения друг о друге, чтобы разделять неприязнь своих хозяев.

Вот почему они отправились в путь вместе в самом трогательном согласии; ну, а так как дорога кажется наполовину короче, когда с кем-нибудь болтаешь, они и болтали.

Госпожа Перрина начала с того, что познакомила Руперту с ценами на съестные припасы и с фамилиями лавочников здешнего квартала, затем разговор у них стал задушевнее и интереснее.

– Стало быть, у вашего хозяина свирепый нрав, а? – спросила госпожа Перрина.

– Что вы! Если его не обижаешь, он кроток, просто как Христос; вот если не выполнишь его воли, тогда держись! Уж очень он любит, чтобы все делали, как он хочет. Такой у него нрав. А если он что заберет в голову, то тут всем чертям ада с ним не справиться. Зато будет послушен, как ребенок, если ему покажется, что ты ему подчиняешься. И до того уж обходителен!

Послушайте только, как он со мной беседует:

«Госпожа Руперти – он меня зовет «Руперти» на свой иностранный лад; по-настоящему я называюсь Руперта,– госпожа Руперти,баранья ножка превосходно зажарена,в самый раз,да и бобы приправлены на славу; право, госпожа Руперти, право, вы королева стряпух!» Да так любезно скажет все это, что сердце у меня просто тает.

– Вот как! Но, говорят, он людей убивает.

– О да, попробуй пойди наперекор– сразу убьет! Таков уж обычай в его стране. Убьет защищаясь, если на него нападут. А вообще он превеселый и уж такой приветливый!

– Я его никогда не видала. Он рыжий, не правда ли?

– Да нет же! Черноволосый, как мы с вами, то есть как я прежде была… Ах, так вы его никогда не видели? Хорошо. Зайдите ко мне что-нибудь занять, не подавая виду, и я вам его покажу. Он красавец мужчина, и из него получился бы отличный воин.