Александр Михайлов - Маяковский

Один из товарищей как-то застал его в комнате на Лубянке за уборкой. Владимир Владимирович очень тщательно подметал пол. Выпрямился, объяснил:

- Не выношу сора в комнате, когда пишу. В особенности теперь. Вы знаете, что я пишу сейчас?

Маяковский в это время работал над поэмой о Ленине.

Личный быт может показаться мелочью.

Но вот не мелочь. Спектакль в театре Корша по пьесе Б. Пушмина «Проходная комната». Когда опустился занавес после первого действия, Маяковский, протестуя против пошлости на сцене, начал громко свистеть. В зале зашикали. Тогда он встал во весь рост и «пересвистел» аплодисменты зала. После третьего действия, не досмотрев спектакль до конца, сердито сказал своей спутнице: «Теперь я им напишу об этом...»

Через несколько дней в газете «Рабочая Москва», среди других возмущенных откликов на спектакль и на пьесу «Проходная комната», появился, правда, только конец стихотворения Маяковского «Товарищи, где свистки? (Вместо рецензии)». Полностью напечатано под названием «Даешь тухлые яйца! (Рецензия N 1)».

«Мелочи» не закрывают взгляд поэта на нечто куда более существенное. С гневом обращает он свое слово «к товарищам хозяйственникам»: «Вы на ерунду миллионы ухлопываете, а на изобретателя смотрите кривенько». И в стихотворении с длинным названием «Товарищи хозяйственники! Ответьте на вопрос вы - что сделано, чтоб выросли Казанцевы и Матросовы?» - поэт резко клеймит бюрократическую волокиту вокруг изобретений и разбазаривания денег попусту.

Сатира Маяковского в такого рода стихотворениях смыкается с пропагандой, сатирическое стихотворение заканчивается или прямым призывом, или моралью, напоминающей басенную, подсказывающей тот самый «выход в действие», который увидела в поэзии Маяковского Цветаева.

За нею брезжил идеал, та, как говорил Толстой, путеводная звезда, без которой нет твердого направления, без которой сатира превращается в обывательское брюзжание. Твердое направление и поддерживало дух Маяковского в борьбе с аномалиямиобщественного бытия, в борьбе с литературными противниками.

Ситуации и типы сатирических стихов часто подсказывались газетными фактами, особенно «Комсомольской правдой», порою даже являлись поэтической иллюстрацией этих фактов, но идейно-нравственный пафос исходил из личности Маяковского, от его убеждений, его нетерпеливого желания как можно скорее избавиться от всех - больших и малых - помех на пути к прекрасному будущему.

Он утверждал форму боевого, актуального, наступательного искусства через газету, он хотел, «чтоб резала пресса», он шел в атаку и не боялся ответного удара, ждал, чтобы в него «в окно целил враг из обреза». Это было бы лучшим показателем действенности его сатиры.

Но душа художника нет-нет да и бунтовала в нем, требуя большей свободы самовыражения, не мирясь с нормативами социального заказа в лефовском понимании. Помните, он хотел написать роман? Разумеется, все лучшие произведения Маяковского написаны «по мандату» личного, внутренне осознанного, прочувствованного долга: «Голосует сердце...» Он отвергал тот «заказ», то «заданье», к которому не был готов внутренне.

Летом 1928 года «Комсомольская правда» организовала первую поездку писателей в колхозы. Газета посвятила этому событию большую подборку материалов с характеристиками писателей, участников поездки, со статьей Луначарского. В подборке напечатано стихотворение Маяковского. «Работникам стиха и прозы, на лето едущим в колхозы», где поэт предостерегает против приукрашивания деревенской жизни: «Колхозца серого и сирого не надо идеализировать». Тут же не упустил случая выпустить критическую стрелу в Ф. Гладкова, написавшего очерк о коммуне «Авангард», где сообщалось, что здесь крестьяне могут за 10 копеек получить в столовой обед с какао на третье. Гладкова критиковала «Комсомольская правда», а Маяковский прокатился по нему такими строчками: «...прочесть, что написал пока он, так все колхозцы пьют какао».

Нетерпеливый в стремлении приблизить будущее, Маяковский брал на себя черновую работу по расчистке почвы для него («Я, ассенизатор и водовоз, революцией мобилизованный и призванный...») и хотел, чтобы этим занимались другие, а не заслоняли факты «фантазией рьяной...». Напоминал писателям, что «не только бывает «пьяное солнце» (так называлась повесть Ф. Гладкова. - А. М.), но... и крестьяне бывают пьяные».

На собрании литературной группы «Молодая гвардия» в Нижнем Новгороде Маяковского спросили: