Энтони Ричес - Клык леопарда

Повернув ключ в вертикальное положение и слегка им пошевелив, центурион почувствовал, как металлические рожки легли в два отверстия запора, изнутри удерживающего невидимую дверь закрытой. Он потянул стержень вправо, и раздался еле слышный щелчок – это запор выскочил из скобы. Юлий слегка надавил на дверь, и та тихо приоткрылась на хорошо смазанных петлях. Шагнув в узкую щель, он закрыл за собой деревянную дверь, хитро облицованную с одной стороны камнем, отчего она сливалась со стеной, и в темноте на ощупь вернул засов на место.

Над ним, наверху каменной лестницы, тотчас возникло пятно тусклого света, посреди которого вырос силуэт, поманивший Юлия к себе. Положив одну руку на рукоятку кинжала и готовый в любую минуту пустить оружие в ход, он зашагал вверх по лестнице. Вскоре он понял: фигура на лестничной площадке – Анния. Одетая в легкую тунику, без следа косметики, она с радостью обняла его.

– Я думала, ты не придешь! – едва слышно прошептала она ему на ухо. – Снимай свои клинки и заходи.

С этими словами женщина провела его в комнату, освещенную одной-единственной лампой, и, закрыв за собой дверь, задернула скрывавший ее занавес. Жестом велев Юлию опуститься на ложе, она налила ему чашу вина и села рядом с ним.

– Когда я приобрела этот дом, секретная дверь уже была в нем. «Вепрь» был лупанарием вот уже тридцать лет, с того момента, как был построен, и тот, кто его строил, явно делал это с прицелом на будущее. Во всех комнатах есть тайные ниши, откуда легко подслушивать разговоры между девушками и клиентами. Что охрана и делает, после чего докладывает их содержание Петру…

От неожиданности Юлий вздрогнул.

– Петру?

– Тсс! – Анния прижала к губам палец. – Нет никакой гарантии, что за дверью этой комнаты никто не стоит, прижав к ней ухо. Петр постоянно следит за мной. Как же иначе, ведь я его собственность, а он мой ревнивый хозяин. Узнай он про дверь, что ведет на улицу, он замуровал бы ее в тот же самый день.

– Но ведь Петр – человек прокуратора. Как он может…

Не договорив, Юлий на миг задумался и покачал головой. Теперь, когда ему стала известна правда, все тотчас встало на свои места.

– Петр… ему принадлежит реальная власть в городе, – стала рассказывать Анния. – Он подчинил себе бандитов. Из Альбана же он вьет веревки. Когда Петр приказывает ему подпрыгнуть, единственное, что Альбану дозволено у него спросить, – как долго оставаться в воздухе. В первое же мгновение, как только я увидела тебя, я поняла, что до сих пор питаю к тебе те же чувства, что и пятнадцать лет назад. Но я не осмелилась даже намекнуть на это. Ибо если бы ты понял мой намек, то его поняли бы и они. Узнай об этом Петр, он бы разделался с тобой тихо, но быстро. После чего, совокупляясь со мной, поведал бы об этом во всех омерзительных подробностях, упиваясь моим отчаянием. Мне ничего другого не оставалось, как разыграть возмущение и холодность, чтобы потом его подручные доложили ему об этом. Прости меня, если можешь.

Юлий обнял женщину за плечи.

– Это не должно больше продолжаться. Пойдем со мной. Захвати все, что тебе нужно, и покинь эти стены навсегда. Тебе больше не придется торговать своим телом и терпеть надругательства этого мерзавца.

Он умолк, видя, как Анния покачала головой.

– Если я покину эти стены, то буду вынуждена покинуть и сам город. Тебе кажется, что ты в состоянии защитить меня. Я же знаю: не пройдет и пары дней, как Петр отнимет у меня жизнь, чтобы другим было неповадно. Я могу уйти из лупанария лишь в двух обстоятельствах. Либо если тебя перебросят в другое место и ты сможешь взять меня с собой, либо Петр будет убит, а вместе с ним и все те, кто попытаются отомстить за его смерть в расчете занять его место. Если только сегодня вечером не случится одно из двух, завтра утром я по-прежнему буду хозяйкой «Синего вепря».

На рассвете небольшой отряд взял курс на восток. Марк, Юлий, Дубн и Сил ехали верхом, а следом брел мул, нагруженный недельным запасом провианта. Если товарищи и заметили, что Юлий хмур и подавлен больше, чем обычно, то не подали вида.

– Вчера вечером он снова выходил в город, – доверительно сообщил Марку Дубн, пока они ждали Сила, который должен был привести лошадей. – Он был уверен, что этого никто не заметит, но в карауле, в наказание за ту драку с легионерами, стоял один мой солдатик. Он доложил мне, что видел, как один болван направился к форуму, как только все до единого солдаты, получившие увольнительную, вернулись в казарму.