Уинстон Грэхем - Белла

— Впервые?

— Вы не помните. Мы повздорили по поводу лошади. А во вторую нашу встречу повздорили насчет танца.

Некоторое время Росс внимательно ее разглядывал.

— Рискую проявить недипломатичность, мадам, но я помню те события несколько иначе.

Подали французский пирог с паштетом, привезенный накануне утром из Бретани.

— Продолжайте, — попросила Харриет.

— «Повздорили» в нашем случае излишне сильное выражение касательно тех торгов. И если кто-то и не сошелся во мнениях, то мы с Джорджем, но уж точно не мы с вами.

— Это была моя лошадь!

— Вовсе нет! Вашей она стала только в конце.

— Вы все извратили.

— А что касается танца, леди Харриет, то лично я помню, что вы обучали меня вальсу, а я оказался весьма неуклюжим учеником.

— Я пошутила насчет ссоры. Ваши первые попытки научиться новому танцу вызывали восхищение. Вы ни разу не споткнулись, не упали, не оттоптали мне ноги, не пнули меня по голени, не порвали платье и не ругались, глядя мне в глаза.

— У вас прекрасные глаза, — заметил Росс, — я бы никогда не посмел.

Харриет неспешно рассмеялась.

— Не знаете, сегодня будут танцы? Вижу, у нас есть скрипачи. Но этот огромный стол...

— Во время приема шесть лет назад Джеффри Чарльз поднял стол и прислонил его к стене под окном. Но пришлось сломать плитки на полу. Возможно, если комнату освободят от всего лишнего, мы сможем потанцевать вокруг стола.

— Было бы неплохо, — заявила Харриет. — И быть может, вы меня пригласите...

— Я благодарен Джеффри Чарльзу, — признался Филип Придо, — устроившему так, чтобы я имел честь сидеть за столом рядом с вами, миссис Каррингтон. После приема вы поживете некоторое время с родными?

— Наверное, останусь до воскресенья. К утру понедельника мне надо вернуться в Пенрин... Капитан Придо.

Он поправил очки.

— Да?

— Мы мало знакомы, но вы дважды приглашали меня на концерты, а кроме того, мы не раз уже встречались. В таких обстоятельствах вам не кажется, что стоит прекратить называть меня миссис Каррингтон?

— А как же мне вас тогда называть? — Его кадык дернулся, он судорожно сглотнул. — По имени? Клоуэнс? Почту за огромную честь.

— Я не считаю это великой честью, Филип. Но в нашей округе не принято придерживаться формальностей высшего общества.

— Мне и в самом деле выпала большая честь! Тогда осмелюсь попросить вас об услуге. — Клоуэнс вопросительно посмотрела на него. Филип улыбнулся. — Позвольте в воскресенье проводить вас домой.

— Но ведь вы собрались уезхать завтра?

— Джеффри Чарльз не станет возражать, если я останусь на пару дней. Как бы прислуга ни трудилась, работы будет непочатый край.

На другом конце стола Эсси шепнула:

— Не могу угадать, какой вилкой пользоваться.

— Я тоже, — признался Бен. — Та девушка напротив орудует маленькой.

— Ага, точно!

Вокруг них люди вели нескончаемые разговоры, но только не они друг с другом. Эсси была слишком напугана, а Бен лишился дара речи, хотя ему хотелось завязать беседу, но без банальных пустых фраз. Он знал, чего хочет, но не мог сказать этого вслух при всем честном народе.

— Здесь как-то жарковато, — отважился он.

— Никогда не думала, что буду вот так здесь сидеть, — заговорила Эсси. — В качестве гостьи. Как дама из общества. У меня появилась мысль, что тетушка Демельза подговорила мою хозяйку, бог знает почему.

Бен посмотрел через стол. Похоже, Эсси случайно догадалась. Но не имела ни малейшего представления о конечной цели. Как она только что выразилась: «Бог знает почему».

Тут он осознал, что непозволительно долго таращится на даму напротив, мисс Дейзи Келлоу. Та улыбнулась ему, как улыбаются привлекательным мужчинам соответствующего возраста, и Бен смущенно потупился. Внезапно он понял, что Дейзи его не узнала. Похоже, другие тоже. Может, даже леди слева от него, мисс Хоуп Тиг, поскольку его борода стала короче, чем когда-либо, даже показался уголок шрама.

В любом случае, вряд ли мисс Хоуп, самая иссохшая из незамужних сестер Тиг, заметит сходство между аккуратно одетым, грубовато выражающимся джентльменом и молчаливым угрюмым человеком, который вышагивает мимо их дома, опустив голову навстречу ветру, по пути на Уил-Лежер.

Во главе стола восседал сеньор де Бентендона с супругой; справа от нее — Джеффри Чарльз с Демельзой; слева от сеньора сидела Амадора, за ней — Дуайт Энис.

— Филип.

— Да, Клоуэнс?

— Можно задать тебе вопрос? Это может показаться неуместным, что я лезу в дело, которое меня не касается...