Уинстон Грэхем - Белла

Увидев Росса, Демельза подумала, что это одна из маленьких радостей в ее жизни. После трехдневной острой тревоги теперь я на самом пике радости. Белла выздоравливает — сегодня это уже более заметно. Преграда светских любезностей между Клоуэнс и Эдвардом наконец рухнула, Генри скоро вернется домой, Росс плещется рядом. Аллилуйя!

Под дождем брызг от дочек Энисов, хотя зачинщиком игр был Гарри, Росс рассказывал о встречах в Придо-плейс и тяжелом положении Кьюби.

В следующую среду он вместе с миссис Беттсворт и Филипом Придо хочет встретиться с наиболее крупными кредиторами из Бодмина, чтобы узнать, как отозвать судебных приставов или хотя бы сдержать их набеги. Потом они осмотрят дом рядом с Бодмином, который Тревэнионы собираются снять. Похоже, Филип не сердится на них из-за Клоуэнс и очень помог.

Чуть дальше нырял Эдвард, пытаясь поймать камбалу. Пару раз у него получалось ухватить рыбину, но, конечно же, все они выскользнули из рук. Клоуэнс хохотала, пока не наглоталась морской воды и не закашлялась. Эдвард похлопал по спине, и результате они оказались полуобнаженными друг у друга в объятьях. Их ноги мягко переплелись, чтобы удержаться на плаву.

— Мне не... хочется покидать... Корнуолл, — задыхаясь произнес Эдвард. — Ты открыла для меня рай.

— Здесь... не всегда... так. — Клоуэнс тоже задыхалась. — Часто льют нескончаемые дожди. И вечно дует.

— Я это вынесу, если ты навсегда останешься со мной.

— Что ж... мы ведь помолвлены, верно?

— Опрометчиво. Теперь ты не отвертишься.

— Знаю. Ты устанешь от меня... и тогда вспомнишь, что хотя бы погода стояла отличная.

— Может, попробуем?

— Что именно?

— Брак.

Клоуэнс ощутила его мимолетное прикосновение.

— Я это обдумываю.

— Жить вместе, любить и лелеять друг друга?

— У меня под ногами уже нет дна. Если я не соглашусь, можешь толкнуть меня под воду.

— Я тоже не чувствую под ногами дна.

Пока Белла болела, вся обычная рутина в Нампаре временно замерла. Теперь, когда она очевидно шла на поправку и ее бурлящая энергия возвращалась с каждым часом, жизнь потекла как обычно. Помимо еженедельных визитов к Пэйнтерам, Демельза часто навещала Келлоу, прежде всего Дейзи, которая хронически болела, но, похоже, не смертельно. Как безжалостно заявил Валентину ее брат, умирать она будет долго.

После обеда Клоуэнс поехала на верховую прогулку с Эдвардом, так что, оставив Беллу на попечение Джейн Гимлетт, Демельза пошла пешком в Фернмор.

Приближаясь к дому, она подняла взгляд на небо и поняла, что для купания они выбрали самый лучший день. Погода наконец-то менялась. Ветер не так посвежел, как ожидала Демельза, но с каждой минутой все становилось совершенно другим. Солнце скрылось за нитями грозных облаков.

Несмотря на некоторую претенциозность, Фернмор даже во времена доктора Чоука был просто большим деревенским домом. Демельза гадала, как его построили на земле, которую иначе как сельской не назовешь. Надо как-нибудь спросить у Росса.

Дни доктора Чоука давно миновали: вместо восьми слуг осталось двое, да и те недавно ушли, и на замену никто не появился. Миссис Келлоу работала по дому, как могла, а Дейзи помогала по мере сил. Сад перед домом зарос сорняками, шторы кое-где порвались, на крыше не хватало черепицы.

Дверь открыл Пол, а когда на лице Демельзы отразилось изумление, он уточнил:

— Присматриваю за больной, это на пару дней. Родители решили отдохнуть.

— Вот как? — Демельза шагнула в дом. — Мэри с тобой?

— Нет, дома и неважно себя чувствует.

В доме царил мрак и душевный холод. В разгар лета в четыре часа в нем бродили тени. Пахло капустой, сигарами и плесенью. Пол стоял рядом и смотрел на нее. Сорочка без воротничка — единственная уступка жаре; длинные волосы заглажены назад.

— Как Белла?

— Гораздо лучше.

— Отлично. Вы ведь не хотите, чтобы ее постигла участь Джереми.

— Джереми умер не от лихорадки. Его убили на войне.

— Я неправильно выразился. Я про то, что из-за гибели Джереми будет тяжелее вынести потерю другого ребенка.

— Она не умрет, Пол.

— Какое облегчение. Знаете, я все еще по нему скучаю... как и вы, наверное.

— Как и я.

В Демельзе нарастала беспричинная злость. Но разве нет причин злиться, когда топчутся на еще не забытой скорби?

— Джереми был моим лучшим другом. Он и Стивен Каррингтон. Странно, что остался только я.

— Да, тебе повезло.

— Вы считаете это везеньем? Вполне возможно. Мы избежали наказания. Нарушили закон.