Герман Герстнер - Братья Гримм

Второй и третий тома «Волшебного рога мальчика» были подготовлены уже при участии братьев Гримм и выпущены в 1808 году.

Как-то во время пребывания Вильгельма Гримма на курорте в Галле появился Брентано и пригласил его от имени фон Арнима отправиться вместе в Берлин. Арним писал, что, уж коли Вильгельм находится недалеко от Берлина, он должен навестить его. Вначале Вильгельм сомневался: только что он заплатил за ванны и врачу, и у него оставалось всего 18 талеров. Но Брентано не принял всерьез финансовую стесненность Вильгельма и сердито заявил, что у него достаточно денег для этой поездки. Если же Вильгельм не хочет взять деньги в подарок, то, может быть, не откажется в счет будущих гонораров? Вильгельму не хотелось расстраивать друга, а кроме того, нельзя же упускать такую возможность в спокойной обстановке поработать в библиотеке фон Арнима.

В сентябрьские дни 1809 года Арним «очень ласково и тепло» принимал Брентано и Вильгельма Гримма. Здесь, в Берлине, он представил своих гостей друзьям, Вильгельм познакомился со многими интересными людьми — актерами, художниками, писателями, со знатоками старонемецкой литературы. С одним из них, Фридрихом фон дер Хагеном, Вильгельм вел долгие споры о возникновении «Песни о Нибелунгах». Ходили в театр. Пьеса «Гёц фон Берлихинген» Гёте очень понравилась Вильгельму. Большой город произвел на него сильное впечатление. «Берлин самый прекрасный город, который когда-нибудь я видел, — писал он тетушке Циммер, — так же прекрасен Потсдам, который по большей части состоит из одних дворцов. Замок огромен и великолепен, как и Сан-Суси, где жил Фридрих Великий, но в этих огромных дворцах ничего не слышно, кроме собственных шагов и собственного голоса, так они и стоят безлюдные и заброшенные, и я не могу Вам даже сказать, как странно и печально себя здесь чувствуешь. Местность некрасивая — весь Берлин расположен на большой плоской песчаной равнине, и только с одной его стороны находится большой вырубленный лес, который называется Тиргартен и в котором, в общем, довольно красиво».

Из тех недель, что Вильгельм пробыл в Берлине, большую часть времени он провел в трудах. Забранные решетками окна его рабочей комнаты выходили во двор. Он сидел в окружении книг, и ему хотелось все это самым тщательным образом проработать. Он хотел привезти в Кассель что-нибудь важное, чтобы показать брату, что его поездка в Берлин была полезной и в литературном плане. На столе среди других книг лежал толстенный том песен мейстерзингеров.

Конечно, Вильгельма интересовало, над чем работают его друзья. Брентано был увлечен «Романсами о четках», а Арним заканчивал первую часть пьесы «Галле и Иерусалим». Вильгельм Гримм считал это произведение прекрасным, от него «веяло ароматом и свежестью».

В Берлине Вильгельму работалось хорошо — ведь королевский двор все еще пребывал в Кенигсберге, и не было обычной для этого города дворцовой суеты. Из всех членов королевской семьи в Берлине осталась лишь гессенская наследная принцесса Августа, сестра прусского короля и невестка королевы Луизы, получившая впоследствии титул курфюрстины Гессенской. Она занимала часть замка. Вильгельм Гримм засвидетельствовал свою преданность королевской фамилии — посетил наследную принцессу и выразил свое искреннее почтение женщине, чей ум, образованность и убеждения он глубоко уважал.

Пребывание Вильгельма в Берлине было интересным и полезным. Дружба братьев Гримм с романтиками Арнимом и Брентано после этой поездки стала еще теснее. Правда, с годами Брентано от них отдалился, но Арним остался им верен до самой смерти. Тогда же творческие интересы братьев Гримм перекликались с интересами обоих поэтов-романтиков.

В ноябре 1809 года Вильгельм, закончив лечение в Галле и погостив в Берлине, должен был наконец возвращаться домой, в Кассель. Арним тепло попрощался со своим гостем. Три ночи и два дня Вильгельму пришлось без отдыха трястись в почтовой карете. Уже наступили холода. Путь из Берлина до Галле, где экипаж сделал первую остановку, был нелегок. Дальше дорога шла на Веймар. И снова Вильгельм отсчитывает дни — теперь уже морозные, декабрьские — то в открытой для всех ветров коляске, то в закрытом почтовом экипаже.

В Веймаре у него было два дела. Прежде всего он хотел засвидетельствовать свое почтение Гёте. Вильгельм, как и его брат, испытывал глубочайшее уважение к этому человеку, еще будучи студентом, преклонялся перед великим веймарцем.