Александр Дюма - Мария Стюарт

– Милорд, – спокойно отвечал Джордж, – если бы речь шла только о жизни Сейтонов или Дугласов, можете быть уверены, я с не меньшей решительностью, чем вы, готов был бы вступить в бой, будь то один против десяти или трое против двоих, но сейчас мы отвечаем за жизнь, которая для Шотландии стократ ценней, чем жизнь всех Дугласов и Сейтонов, вместе взятых. Так что мое мнение – уклониться от битвы.

– Сражаться! Сражаться! – закричали остальные лорды.

– Вы слышите, ваше величество? – обратился лорд Сейтон к Марии Стюарт. – Мне кажется, противиться столь единодушному мнению было бы опасно. В Шотландии есть поговорка: самое благоразумное – это храбрость.

– Но разве вы не слышали, что регент занял выгодную позицию? – осведомилась королева.

– Борзая гонит зайца и по холмам, и по равнине. И где бы он ни был, мы затравим его, – ответил Сейтон.

– Что ж, пусть будет по-вашему, милорды. Пусть никто не скажет, что Мария Стюарт заставила вложить в ножны мечи, которые были обнажены, чтобы защитить ее.

Затем она обратилась к Дугласу:

– Джордж, отберите двадцать человек для моей охраны и примите над ними команду. Вы останетесь при мне.

Джордж поклонился, выбрал два десятка самых храбрых воинов, окружил ими королеву, а сам занял место во главе их, после чего армии был отдан приказ двигаться дальше. Через два часа авангард увидел неприятеля и остановился, вскоре к нему подтянулось остальное войско.

Воины королевы выстроились в линию, параллельную городу Глазго, а холмы, возвышающиеся перед ними, были заняты неприятельской армией, над которой, как и над армией Марии Стюарт, развевались знамена Шотландского королевства. По другую сторону, на противоположном склоне, находилась деревня Ленгсайд, окруженная огороженными выгонами и садами. Дорога, ведущая к ней и следующая всем неровностям рельефа, в одном месте так сужалась, что там с трудом могли пройти бок о бок два человека, затем чуть дальше она спускалась в овраг, за которым разделялась на две: одна поднималась к Ленгсайду, а вторая вела в Глазго.

Оглядев местность, граф Аргайл мгновенно понял, сколь важно занять деревню, и приказал лорду Сейтону скакать в карьер и взять ее прежде неприятеля, который, несомненно, сделал тот же вывод, что и командующий армией королевы, так как с той стороны тоже был направлен к деревне большой отряд кавалерии.

Лорд Сейтон собрал тотчас своих воинов, но, пока они выстраивались вокруг его знамени, лорд Арброут выхватил меч и подскакал к графу Аргайлу.

– Милорд, – объявил он, – вы нанесли мне обиду, поручив лорду Сейтону занять деревню. Эта честь принадлежит мне, как командующему авангардом. Я требую, чтобы вы соблаговолили возвратить мне эту мою привилегию.

– Я получил приказ занять ее, и я ее займу! – заявил Сейтон.

– Вполне возможно, но только после меня! – ответил лорд Арброут.

– Нет, прежде вас и прежде всех Гамильтонов, сколько бы их ни было на свете! – воскликнул Сейтон и пустил коня в галоп, устремляясь к теснине, где сужалась дорога. – Сент-Беннет! – и вперед!

– За мной, мои воины! – вскричал лорд Арброут, скача туда же. – Бог и королева!

Оба отряда в беспорядке понеслись и столкнулись в теснине, где, как мы упомянули, едва могли пройти бок о бок два человека. Произошла чудовищная давка, и битва началась со схватки между друзьями, которые должны были объединиться против общего врага. Наконец оба отряда, оставив несколько трупов, задавленных, а может быть, и погибших от рук товарищей по оружию, пробились сквозь теснину и в беспорядке скатились в овраг. Но в этой схватке Сейтон и Арброут потеряли драгоценное время, и отряд, направленный Мерри, вошел в деревню прежде их, так что теперь ее нужно было не занять, а отбить.

Аргайл, все больше понимая важность деревни и видя, что именно за нее пойдет главное сражение, тотчас же направился туда с основными силами армии, оставив в резерве две тысячи человек и велев им ждать сигнала, когда вступить в бой. Но то ли командующий резервом не понял приказа, то ли ему захотелось отличиться перед королевой, во всяком случае, едва корпус Аргайла скрылся в овраге, поблизости от которого уже шел бой между Керколди Грейнджским и Мортоном, с одной стороны, и Арброутом и Сейтоном, с другой, он, не слушая криков Марии Стюарт, вместе со всеми своими людьми во весь опор помчался туда, и королева осталась лишь с двумя десятками отобранных Дугласом телохранителей. Джордж тяжело вздохнул.