Э. Гранстрем - Два героя

Стало быть, вот причина этой гробовой тишины! Индейцы отомстили за притеснения. О, да! Маркена тотчас понял это, потому что караибу были отрублены обе руки. То был ответ на ужасную казнь.

Но где же был сам Кастанеда? С трепещущим сердцем перешагнул Маркена через труп караиба и вошел в комнату; в ней никого не было. Он прошел во вторую, и эта была пуста; но в ней царили следы опустошения. Одеяла с постели исчезли; сундуки были взломаны, и все, что было в них, расхищено; даже железные замки и гвозди были унесены. Оставлено было только… золото, которое валялось разбросанным на полу. Маркена с пренебрежением посмотрел на эти сокровища Кастанеды. Он хотел было уже выйти из комнаты, как вдруг наступил на какой-то камень, заскрипевший под его ногой; он невольно посмотрел и остановился в изумлении: то была золотая руда… та самая, которую он нашел и хотел передать в руки адмирала! Маркена внимательно осмотрел разбросанное на полу золото, оно состояло из таких же самородков.

Блестящий металл объяснил Маркене происшествия последних дней. Без сомнения, Кастанеда нашел золотые руды и разрабатывал их втайне; вероятно, он подозревал, что и Маркене известны эти руды. Узнав, что он отправился в Сан-Доминго к адмиралу, Кастанеда вероятно опасался, что тайна будет передана законному владельцу всех золотоносных рудников на Эспаньоле, Колумбу, и чтобы помешать этому, он прибегнул к яду. И если бы Ара не подсмотрела в щель стены, что делал золотоискатель в его спальне, он, Маркена, наверное умирал бы теперь в тех же мучениях, в каких скончался бедный Энрико.

Маркена пошел в хижины индейцев; там лежали трупы прочих караибов. Очевидно, на них напали во время сна; у всех у них также были отрублены руки.

Но где Кастанеда? Ни в доме, ни в окрестностях не было видно его следа.

У Маркены явилось недоброе предчувствие. Вероятно, индейцы утащили Кастанеду в лес, чтобы предать там мучительной смерти. Но, может быть, он еще жив! Его нужно спасти во что бы ни стало! В эту минуту Маркена забыл все зло и все преступления Кастанеды; он видел в нем только своего ближнего, христианина и испанца, который имел право на его помощь. Но куда направились с ним индейцы?

У Маркены не было собаки, которая могла бы отыскать следы… Но поселившиеся в соседстве испанцы имели собак; селения их лежали только в получасовом расстоянии, и Маркена тотчас направился к ним.

Поднявшись на холм, с которого виднелись новые поселения, он вдруг невольно вздрогнул: здесь также не было никакого признака жизни, ни в хижинах, ни на полях!

Маркена ускорил шаги; он хотел знать, что случилось, и приготовился к самому худшему.

Предчувствия не обманули его, – здесь также царила смерть. Караибы лежали с раскроенными черепами в своих хижинах, вместе с убитыми собаками, и у всех были отрублены руки. Оба испанца были также убиты. Маркена ходил из одной хижины в другую, отыскивая труп Кастанеды, но нигде не нашел его.

Он сел на крыльцо веранды одного из новых домов, чтобы собраться с мыслями. Ясно, что предшествовавшая ночь была в Королевской области ночью мести индейцев, заранее условившихся убить всех христиан! Всех? А сам он разве не христианин, не «бледнолицый», как другие? Отчего же в Лигурии было все так глубоко мирно?

Его люди также, без сомнения, знали о заговоре, но не коснулись даже волоска на нем. Значит, чувство благодарности живет и в сердцах дикарей. Он не был их жестоким притеснителем. У него не было ни оружия, ни собаки, он не приводил с собой караибов для своей защиты и надеялся только на защиту Всевышнего. Обороной его были справедливость и любовь к ближнему! И вот он единственный испанец, оставшийся в живых в Королевской области! Он упал на колени и горячо благодарил Бога.

Единственный? Но разве Кастанеда действительно умер? И вот ему пришла мысль искать Кастанеду в рудниках. Если индейцы застали его врасплох в одной из ложбин, он, конечно, безвозвратно погиб. Маркена задумался, в которой именно ложбине искал Кастанеда золото, он знал, где бедный Энрико расставлял свои сети и где Каллинаго отравил его. «И если я, – думал Маркена, – найду только труп его, то исполню свой долг».

Между тем было уже далеко за полдень. Маркена нашел кусок хлеба, напился из ключа воды и поспешил в Лигурию.

Перед домом его ожидали работники-индейцы, которые должны были отправиться с ним, остальных не было видно.

Маркена понял по выражению лица индейцев, что им все известно, и что ничего нового он им не скажет.