Валентин Пикуль - Барбаросса

– Не вой, – сказал Чуянов. – Поезжай в Бекетовку, там есть такая дивная краля – Клавдия Терентьевна Плехова… видел?

– На кой ляд? До баб ли нам тут? Ой… опять схватило!

– Скажи этой красуле, что я велел тебе зубы вырвать. Она дантистка. А потом и думай – что на Т-34, а что на буханки.

Зубанова через день встретил – тот чуть не плачет.

– Больно было? – посочувствовал ему Чуянов.

– Лучше бы ее не видеть! Влюбился, как последний дурак.

– В кого влюбился?

– Да вот в эту… которая зуб вытащила.

– Мое дело сторона. Я тебе не сват. Сам разбирайся…

Были первые дни ноября. Вдруг на СТЗ не стало деталей для танков, которые всегда поставлял Тульский завод. Чуянов подключился на провод, просил обкомовского Жаворонкова.

– А его нету, – отвечали из Тулы. – Он с утра взял автомат и выехал на передовую, чтобы отстреливаться. А у вас какое к нему дело? – Чуянов вкратце объяснил. – Мама дорогая! – удивились туляки. – Да у нас тут Гудериан под самым боком. Вот погодите, отгоним от Тулы и дадим детали. У вас-то тихо?

– Тихо, – ответил Чуянов…

В день, когда пришло известие, что наши войска оставили Курск, Алексей Семенович выехал на СТЗ, чтобы проследить за отгрузкой танков – для обороны столицы. СТЗ был окружен высоченным забором, вдоль него бегали громадные сторожевые овчарки. Начальник охраны завода предупредил:

– Только ближе не подходите – вмиг разорвут. Объект секретный. Тут один тип хотел поживиться, одни пуговицы остались…

Чуянов испытывать судьбу и не собирался. Слишком уж красноречивы были громадные пасти псов с ощеренными клыками, служившие верной порукой тому, что ни один лазутчик не осмелится сигать сюда через забор. Около полудня Чуянова разыскали в цехах, велели скорее бежать в кабинет директора СТЗ.

– А кому там я понадобился?

– На проводе с а м… товарищ Сталин.

Чуянова удивило, что Сталин разговаривал спокойно:

– Что за пушки вы там конфисковали в свою пользу? Артуправление в Москве не подтверждает наличие этого эшелона в вашем Сталинграде.

Чуянов ответил, что триста пушек он уже велел переделать в зенитные орудия, нужные для ПВО на переправах через Волгу.

– А разве вас бомбят? – спросил Сталин.

– Нет, товарищ Сталин. Но какие-то самолеты летают.

– Хорошо, – согласился Сталин. – А с нашими ротозеями из Артуправления, забывшими, где посеяли целый эшелон пушек, я разберусь в Москве уже с а м… по-отечески!

Чуянов закончил разговор и перевел дух с таким облегчением, с каким, бывало, в юности сваливал мешок на пристани.

– По-отечески, – сказал он про себя. – Не завидую я теперь всем тем, кому он отцом доведется. Это уж точно…

Утром 7 Ноября репродукторы на площади Павших борцов транслировали из Москвы парад, разнося по всему миру четкий грохот солдатских ног по брусчатке. Прямо с парада войска уходили на передовую, и это как-то окрыляло, а многие женщины даже плакали, услышав по радио звуки марша «Прощание славянки».

Дедушка дома тоже прослезился:

– Давно эфтакой музыки не слыхивали, все эти трям-блям да «нас побить-побить хотели…». Минина да Кутузова помянули. Чай, от вашего, яти его мать, интырцанала одни ошметки остались. Чего доброго, и церкву откроют. Хоть помолиться бы нам, православным, перед смертью дозволили.

– Открою, – мрачно ответил Чуянов деду.

………………………………………………………………………………………

В конце ноября Чуянов созвонился с Ростовом, к телефону подошел секретарь Ростовского обкома – Двинский:

– Рейхенау жмет… танки. Боюсь, не удержаться.

– Держитесь. Я еще позвоню… завтра! Слышишь?

На следующий день из Ростова звонила уже секретарша:

– Помогите… не знаю, что делать! – кричала она. – Никого уже нет, я одна. А тут такое творится.

– Где Двинский? Дай его… срочно!

– Да все убежали. Одна ведь я! А тут по комнатам немцы шляются. Хохочут. На губных гармошках наши песни играют…

С юга – от Ростова – повалили на Сталинград эшелоны: раненые. Врачей не хватало. Медикаменты – на вес золота. Кошмар какой-то! Банно-прачечный комбинат не в силах обслужить поток исстрадавшихся людей – ампутированных, искалеченных и обожженных. Алексей Семенович распорядился:

– Банщикам работать в три смены.

– А когда у них было меньше? Вот мыла-то где взять?

– Не знаю, – честно признался Чуянов. – Найдите.

Средь дня заскочил домой пообедать, опять звонок:

– Откуда говорят?

– Из зоопарка.

– Чего вам от меня понадобилось?