Иосиф Лаврецкий - Эрнесто Че Гевара

Че обращается к негру:

А ты имел право вступить в эти клубы?

Нет, — отвечает он.

Конечно, они боялись, как бы ты не загрязнил воду в их бассейнах. А вот насчет воды в Плайя-Хирон у них почему-то нет опасений! Ты заслуживаешь оправдания еще меньше, чем они, — заключил Че.

— Знаю, майор, — отвечает пленный. — То же самое мне твердили и милисиано.

Все эти годы Че жил скромно, он неустанно работал, усердно учился, изучал высшую математику и экономические пауки, перечитывал «Капитал» Карла Маркса. Свои знания он передавал сотрудникам, но никогда не поучал их, не читал им нотаций. Че, как всегда, оставался приветлив с друзьями, постоянно общался с рабочими, крестьянами, студентами, иностранными деятелями коммунистического и национально-освободительного движения.

Че отдавал все свои силы строительству социализма на Кубе, защите и укреплению ее славной революции. Но в то же самое время он мечтал о большем, о континентальной революции, об освобождении всей Латинской Америки, в том числе его родины — Аргентины, от империализма янки.

И если он, аргентинец, прибыл издалека на Кубу, чтобы сражаться за ее свободу, то с еще большим основанием он мог покинуть Кубу, чтобы встать в ряды тех, кто поднимет знамя восстания в его родных пампасах или на перекрестках Анд, там, где парят кондоры и пасут стада лам индейцы, эти подлинные хозяева американской земли.

Но кубинская революция еще в колыбели. Правда, этот чудо-ребенок растет не по дням, а по часам, но все же ей еще предстоит преодолеть немалые испытания и немалые трудности, прежде чем Эрнесто Че Гевара сможет сменить свой министерский портфель на столь полюбившийся ему вещмешок партизана…

С первых же дней после победы революции Че и его единомышленникам было ясно, что борьба за социальное освобождение кубинского народа вызовет репрессии со стороны Соединенных Штатов, которые не пожалеют средств и сил, чтобы повторить на Кубе «гватемальскую операцию».

Конечно, кубинский народ в таком случае сражался бы до последней капли крови за свою землю, но он нуждался в оружии, он нуждался в помощи, и такую помощь, такую поддержку в создавшихся условиях мог оказать ему только Советский Союз.

Советский Союз мог оказать кубинской революции помощь столь необходимым для ее обороны оружием. Он мог предоставить ей и экономическую помощь, мог покупать ее сахар, продавать ей нефть, машины, жизненно необходимые предметы потребления. Вашингтон и его местные ставленники знали и боялись этого, именно поэтому они пытались любыми средствами воспрепятствовать контактам революционной Кубы с Советским Союзом, оперируя главным образом жупелом антикоммунизма.

Было еще одно обстоятельство, превращавшее в необходимость установление дружеских связей с Советским Союзом. Что означали социальные преобразования, которые намеревались осуществить руководители кубинской революции, — аграрная реформа, национализация крупной капиталистической, собственности, бесплатное обучение и медицинское обслуживание, — словом, освобождение трудящихся от эксплуатации? Разве это не было социализмом или шагом, ведущим к нему? Конечно, эти реформы можно было назвать и иначе, но ведь не в названии дело. И Фидель, и Рауль, и Че слишком хорошо знали работы классиков марксизма-ленинизма, они понимали, что, ступив на путь антиимпериалистической и антикапиталистической борьбы, они рано или поздно придут к социализму, ибо другого пути, ведущего к избавлению от нищеты, бесправия и эксплуатации, нет и быть не может.

Но если это так, а это было именно так, то разве можно было надеяться успешно бороться против империализма и строить новое общество без эксплуататоров и эксплуатируемых, не установив самые тесные отношения с первой социалистической страной в мире, со страной великого Ленина?

Разумеется, на этот вопрос мог быть дан только отрицательный ответ, тем более что Советский Союз сразу же после победы кубинской революции — 11 января 1959 года заявил о своем признании нового революционного правительства Кубы. Советская печать, радио, общественные и государственные деятели решительно и безоговорочно высказывались в поддержку революционного процесса на острове Свободы.

В феврале 1960 года в Гавану прибыл по приглашению кубинского правительства первый заместитель Председателя Совета Министров Советского Союза А. И. Микоян. Высокому представителю Страны Советов был оказан подчеркнуто дружеский прием. В аэропорту А. И. Микояна встретили Фидель Кастро, Че и другие революционные руководители. А. И. Микоян и кубинские государственные и общественные деятели присутствовали на открытии в Гаване Выставки достижений науки, техники и культуры СССР.