— Кто?
— Да мы все.
— И баба-джи? [14] Баба — почтительное обращение к жрецам и индусским святым и отшельникам; джи — частица, выражающая уважение, ставится после имени или обращения
— Да. И я вместе с ним. А ты умеешь петь?
— Так, немножко. Долго это будет? Скоро мать пригонит корову. А мне ещё надо смолоть муку и испечь лепёшки.
— Дома всегда найдётся дело, а холи бывает не каждый день. Идём же!
Девушки пошли к храму. За поворотом дороги появилась праздничная толпа, слышались весёлые голоса.
— Сикандар удирает! — кричали люди и смеялись.
Оказывается, Атал изображал делийского падишаха. Он бежал вприпрыжку, при этом гордо выпячивая грудь. Время от времени Атал поднимал ком земли, камешек или сухой навоз и швырял им в своих преследователей. Не сумели догнать и убить делийца, так получайте же!
Наконец толпа приблизилась к храму. Из крытых соломой развалин вышел преклонных лет жрец и крикнул:
— Повторяйте за мной: «Да здравствует Хари Мадхав! [15] Хари Мадхав, или Мадхав — одно из имен Вишну, который наряду с Брахмой и Шивой почитается индусами как высшее божество и олицетворяет созидательную силу природы
Да здравствуют Радха и Кришна! [16] Радха — по преданию, пастушка, возлюбленная Кришны, наиболее популярного в Индии божества
».
— Да здравствует Хари Мадхав! Да здравствуют Радха и Кришна! — дружно повторили крестьяне.
— У меня сохранилось немного красной краски, — сказал жрец. — Годами берёг её. Пойдите к реке и вымойтесь хорошенько. А я тем временем разведу краску. Вернётесь, я окроплю вас, — это будет даром бога Мадхава.
— А сладости? — раздался чей-то голос.
— Сладости проси у Сикандара, — со смехом ответил жрец.
Тут из толпы вышел человек, тот самый, что спрашивал о сладостях, и сказал:
— Сикандара больше нет. Его прогнали. А я — Атал.
— Помню, как же! Гуджар Атал — это ведь ты вместе со своим урожаем собрал урожай на поле Радхи и Кришны. Разве мог я забыть тебя?! Иди искупайся и приходи. Споёшь расию — получишь немного сладостей.
Жрец боялся, как бы и в него не кинули навозом, глиной или землёй, и потому спешил всех выпроводить. Словно угадав его мысли, Лакхи шепнула Нинни:
— А не расплющить ли один комок о живот баба-джи?
Нинни тихонько засмеялась и ущипнула Лакхи.
— Разве можно? Что скажут люди?
Крестьяне не спеша направились к реке, и снова началось веселье.
У подножия холма, омываемого рекой, все разделились на две группы: мужчины спустились к берегу по одну сторону холма, женщины — по другую.
Во время купания Лакхи взглянула на полное белое тело Нинни и подумала: «Какая крепкая! Интересно, что она ест?»
Когда крестьяне вернулись к храму, жрец уже развёл в тазу немного красной краски и стал всех окроплять ею. Несколько капелек попало на девушек. Лакхи и Нинни поморщились, хотя в душе были очень довольны.
— Примите подарок от бога. Сегодня каждый имеет на него право, — сказал жрец и улыбнулся.
— Разве это подарок? Вы бы сладостей дали нам, баба-джи, сладостей! — не выдержал Атал.
И жрец вынес из храма — точнее, из его развалин — поджаренные зёрна джвара и гур [17] Гур — патока из сахарного тростника
. Каждому досталось понемногу.
Потом он предложил:
— А теперь споём расию Радхаваллабху [18] Радхаваллабх (букв. — возлюбленная Радхи) — одно из имен Кришны
и станцуем.
— Уже полдень, махараджа [19] Махараджа — здесь: почтительное обращение к брахману
. Надо муку смолоть, лепёшки испечь, — заметила пожилая женщина, но никто но поддержал её.
А Нинни сказала:
— Давайте споём любимую расию, баба-джи, а потом можно и по домам.
Атал согласился с сестрой.
Запевали женщины, им вторили мужчины: расию пели на два голоса.
Ты ли, милый, меня разбудил?
Или счастье меня разбудило?
Я не сплю, я заснуть не в силах,
Если вижу тебя, мой милый! [20] Стихи здесь и дальше в переводе Ю. Цветкова
Затем вперёд вышло несколько женщин, стали танцевать, за ними — парни, в том числе и Атал. Нинни и Лакхи не танцевали, они продолжали петь. Голос Нинни, нежный и звонкий, выделялся среди других голосов. Танцуя, Атал то и дело тайком поглядывал на Лакхи. Никто, кроме жреца, не заметил этого. Однако жрец не рассердился на юношу.
Время шло незаметно. Солнце уже стояло прямо над головой, но это не беспокоило крестьян: они веселились в тени огромного баньяна [21] Баньян — тропическое дерево из семейства тутовых; считается священным
, чудом уцелевшего во время вражеских нашествий.
Читать дальше