Жадриен Белл - A.D. 999

978 год. Король Эдуард был убит вечером 18 марта близ замка Корф; его похоронили в Бархэме без королевских почестей. Этельреда провозгласили королем в воскресенье, две недели спустя после Пасхи, в Кингстоне.

В тот же год многократно наблюдали огненное, кроваво-красное облако, чаще всего появлявшееся в полночь. Ближе к утру оно формировалось в лучи света различных цветов и при первых проблесках рассвета исчезало.

Из «Англо-саксонских хроник»

Волк обернулся при звуке приближающихся непрошеных гостей — уши торчком, хвост высоко поднят. Любопытство наполнило его, но не опасение. Кто или что может причинить ему вред? Могущественные существа, которые окружают его сейчас, — кто они для него? Он способен сокрушить любого из них одним-единственным щелчком могучих челюстей. Они об этом знают и обычно держатся в отдалении — все, кроме Воителя. Лишь он достаточно храбр, чтобы подносить Волку пищу. Зачем же сейчас они идут сюда? Какую игру затевают? И какова его роль в ней?

Огромные глаза зверя сузились, когда он увидел, что они принесли с собой мощную цепь. Звенья ее лязгали и звенели, и тащили цепь двое из пришедших; вдвоем, несмотря на то что каждый из них — могущественное божество.

— Игра! — крикнул один. — Как те игры, в которые мы играем с Прекраснейшей; ей невозможно причинить вред. Посмотрим, сможет ли Волк порвать эту цепь!

— Мне не нравится мысль о цепи на моей шее, — прорычал Волк.

— Ерунда, пустяковая вещица — не ровня твоей силе, — отвечали они. — Давай же, поиграй с нами. Мы уверены, что ты порвешь цепь Лидинг, словно нитку!

Волк снова взглянул на цепь. В конце концов, она не такая уж и толстая — звенья едва ли шириной с мужскую ладонь.

— Хорошо, — согласился он, трусцой подбежав к ним. — Свяжите меня цепью Лидинг и посмотрим, как долго она выдержит, прежде чем я разорву ее на кусочки!

Обрадованные, но с оттенком чего-то схожего с облегчением, они ринулись к Волку и обвязали Лидинг вокруг его толстенной серой шеи. Другой конец цепи они обернули вокруг ствола одного из странных железных деревьев, растущих в этом лесу. Волк сделал глубокий вдох и одним быстрым рывком порвал Лидинг.

— Ха! — вскричал Волк, ужасно довольный собой. — Совсем недолго!

Они выглядели ошеломленными.

— Неужели вы думали, что столь слабая цепь удержит меня? Приходите завтра и принесите что-нибудь более прочное!

Так они и сделали на следующий день, и на сей раз цепь была толщиной с голову взрослого мужчины, с тяжелыми и внушительными звеньями.

— Эта цепь называется Дроми, — сказали они.

Волк соблаговолил позволить им дважды обернуть вокруг его шеи огромной длины кусок цепи и снова закрепить второй ее конец на железном дереве. Он изогнул шею, но Цепь держала крепко. Тревога начала овладевать Волком. Он зарылся лапами в почву и стал тянуть и тащить изо всех своих сил…

…и, как предыдущая, цепь разорвалась с громким треском. Волк запрыгал вокруг, восхищенный своей силой и доблестью.

— Не выкована еще та цепь, что способна удержать меня! — ликовал он.

— Возможно, так оно и есть, — спокойно согласился Воитель. — Но я полагаю, мой добрый друг, ты продолжишь играть с нами?

— Я буду играть, — заносчиво ответил Волк, — пока вы сами не устанете от этой игры. Потому что вам нипочем ее не выиграть.

Он стал ждать их, уже и сам предвкушая наслаждение от игры, и глаза его горели янтарным огнем в ожидании очередной победы. Но в последующие два дня соперники не появились. Они пришли снова только на третий день, лучезарно улыбаясь, и уверенность Волка начала ослабевать. Потому что на сей раз они принесли не мощную цепь вроде Лидинг или Дроми, а шелковую ленту, трепыхающуюся на ветру. Волк заподозрил подвох, и в глубине его широкой груди зародилось злобное рычание.

— Ты оскорбляешь меня, Воитель! — взлаял он осуждающе. — Либо эта лента порвется при малейшем натяжении, либо она гораздо прочнее, чем выглядит. И если так, я не позволю тебе завязать ее на моей шее!

— Что? — издевательски засмеялся Воитель. — Могучий Волк испугался маленькой ленточки Глейпнир? Ну же, давай поиграем!

Волк сузил глаза и вскинул голову, хитро глядя на Воителя.

— Если она настолько невинна, не откажитесь дать мне гарантию этого. Итак, пусть кто-нибудь сунет свою руку мне в пасть, дабы я удостоверился, что это не уловка.