Николай Алексеев - Испытание

– А нас не перехватят? – спросил Савлуков.

– Не допустим!.. Ну, счастливого вам пути! – Яков Иванович помахал рукой тронувшимся подводам и вернулся на НП.

Первые танки, взорвавшиеся на минах, расставленных саперами Тихомирова, напугали гитлеровцев. Они остановили атаку на этом направлении и стали искать обхода. Выждав некоторое время, Железнов начал отводить свой отряд в направлении Демьяничей и Хмелева. Отход прикрывали рота Сквозного и подрывники Тихомирова.

На этот раз Якову Ивановичу и его штабу пришлось ехать на новый НП не на машине, а на обыкновенных крестьянских подводах по шоссе, забитому беженцами. Как ни горланили подводчики и связные, требуя дорогу, но сделать ничего не могли. Тащились в общем потоке.

Вдруг позади раздался рев моторов. Вражеские самолеты пронеслись низко над землей, стреляя вдоль шоссе. И плотная масса людского потока вдруг дрогнула, раздалась: беженцы бросились в разные стороны, теснясь к обочинам. Середина шоссе оказалась свободной.

– Гони во весь опор! – скомандовал Яков Иванович.

Ездовые хлестнули лошадей, и они вскачь понеслись вперед.

Вдали показалась знакомая «эмка». Яков Иванович не мог усидеть на подводе, соскочил и, не чуя под собой ног, перегоняя другие подводы, бросился к стоявшей на обочине машине. Подбежав, он невольно вздрогнул: из-под мотора торчали чьи-то ноги. Ноги не двигались, словно человек под машиной был мертв.

– Польщиков! – крикнул Яков Иванович, заглянул под «эмку» и с облегчением вздохнул – Польщиков спокойно ковырялся в машине.

– Товарищ полковник! – радостно откликнулся Польщиков, вылезая из-под «эмки».

– Что с нашими?.. Живы?.. Уехали?..

Польщиков ответил не сразу, и Железнов почувствовал что-то недоброе.

– Где Нина Николаевна? – срывающимся голосом спросил он.

– Не нашел, товарищ полковник, – с трудом выговорил Польщиков. – Но вы не беспокойтесь, они, наверное уехали…

– Как так не нашел? – переспросил Железнов. В сердце сильно кольнуло, и он схватился за крыло машины.

– В доме никого не было…

– А ты действительно был там?

– Что вы, товарищ полковник! – с обидой в голосе ответил Польщиков. – Как вы могли так подумать?..

Якову Ивановичу стало стыдно за свои слова.

– А квартира была закрыта?

Польщикову не хотелось говорить правду, но и солгать он не мог.

Почувствовав, что шофер чего-то недоговаривает, Яков Иванович не спускал с него испытующего взгляда:

– Ну, говори, что с квартирой?.. Где Валентиновы? – настойчиво расспрашивал он…

– Дом, товарищ полковник, сгорел… – мучительно выдавливая из себя слова, сказал наконец Польщиков. – Дотла сгорел… А куда все ушли, неизвестно…

– Ты больше ничего не знаешь?

Польщиков покачал головой и отвел глаза в сторону. Ему тяжело было видеть, как Яков Иванович сразу изменился в лице, сгорбился, точно в одно мгновение постарел.

– Поезжайте, товарищи, – махнул Железнов рукой тем, кто сидел на подводах. – Я вас догоню на машине.

Подводы тронулись дальше. Железнов отошел в сторону и закурил. Польщиков снова залез под машину. Он так и не нашел в себе сил рассказать Железнову все, что знал. Знакомый врач, которого он нагнал по дороге сюда, сообщил ему, что дети Валентиновых пострадали при разрыве бомбы, их увезла «скорая помощь» и что Железновы в то время еще оставались в городе.

К Якову Ивановичу подошел старик крестьянин, приподнял картуз, поздоровался.

– Там, у Ивахновичей, подле мостика, машина разворочена бомбой аль снарядом, и около нее лежат убитые военные: один, видно, начальник, с четырьмя с этими… – старик показал пальцами на знаки различия, которые были на воротнике Железнова, – как у вас. А другой, видать, шофер.

– На этой дороге? – спросил Яков Иванович.

– Да во, прямо. Может, километр будет.

Сказав Польщикову, чтобы он, как починит машину, ехал за ним следом, Яков Иванович зашагал со стариком по направлению к видневшейся неподалеку деревне.

Под горой, у обочины дороги, стояла «эмка» с разбитым кузовом, около нее на траве лежали убитые. Один из них был очень высокого роста, он лежал ничком, распростерши руки, будто крепко вцепился в родную землю. Другой – маленький, коренастый, устремил вверх остекленевшие глаза, словно глядел и не мог наглядеться на голубое небо. В этом коренастом человеке Яков Иванович узнал шофера, который возил военинженера первого ранга Валентинова, соседа Железновых по квартире.

«Неужели это Валентинов?..» – Яков Иванович с трудом перевернул тело убитого великана на спину. Да, это был Валентинов!.. Якову Ивановичу стало не по себе, углы рта задергались, перехватило дыхание.